Биткойн-реформация

Доклад Adamant Research.

Вступление

В конце XVI века разношерстная группа интеллектуалов-бунтарей и бизнесменов основала правительство в одной из менее адаптированных для жизни земель Европы. Эту местность так нередко затапливало, что поселенцам пришлось выстроить сотки км плотин. Сразу страна вела 80-летнюю войну с наикрупнейшей в мире империей.

Благодаря долголетнему преодолению проблем из плавильного котла мыслях появились золотой век Нидерландов и Англии и инноваторские экономические университеты, изменившие мир. Отсюда же берет начало один из более успешных социально-экономических тестов Америки — город Нью-Йорк.

В этом докладе мы попытаемся показать, что Биткойн, шифрование, веб и поколение миллениалов — это не попросту тренды XXI века, а предвестники волны перемен, идентичной с революционной европейской эрой XVI–XVII веков.

Вот некие выводы нашей работы:

  • толерантность либо нетолерантность к Биткойну станет принципиальной линией политического водораздела;
  • главные точки роста Биткойна — хранение ценности, займы и андеррайтинг;
  • коллективное хранение биткойнов станет промышленным эталоном;
  • оффшорные банки могут перевоплотиться в Биткойн-банки;
  • Биткойн будет стремительно развиваться: покажутся облигации, аннуитеты, займы, страхование;
  • Практика начального размещения биржевых токенов (IEO, Initial Exchange Offering) сохранится и обретет огромную популярность;
  • держатели биткойнов могут стать катализатором преобразования миропонимания.

Прошедшее — ключ к истинному: замечание о способе

Моя цель как инвестора и аналитика — выявлять социально-экономические тренды и предугадать их развитие. Я читаю, отбираю и распространяю материалы. Я отделяю сигнал от шума, прислушиваясь к профессионалам, которые, как мне кажется, заслуживают доверия. Основная сложность данной для нас работы состоит в том, что глобальные тренды нередко явны только в ретроспективе.

Я считаю, что не плохое решение для преодоления данной для нас трудности — проведение исторических параллелей. Чтоб не быть слепцом и не упустить современные тренды, я изучаю историю в самом широком смысле. Я читаю исторические книжки и статьи и пробую отыскать параллели и аналогии с нынешними тенденциями. В процессе работы я заставляю себя уделять свое внимание на процессы, о которых ранее не думал, и получаю возможность выдвигать догадки о до этого непостижимых причинно-следственных связях. Я считаю, что это помогает мне поточнее оценивать вероятности разных исходов и, как следует, принимать наиболее оптимальные решения по вкладывательным стратегиям и предпринимательским проектам.

«Тот, кто желает предсказать будущее, должен обращаться к прошлому, потому что связанные с людьми действия современности постоянно напоминают действия прошедших времен. Это следствие того, что все людские дела совершаются людьми, которые постоянно были и постоянно будут одержимы одними и теми же страстями, что безизбежно приводит к схожим результатам», — Никколо Макиавелли, 1517

Ранее я проводил параллели меж Биткойном и ранешней нефтяной промышленностью, войнами поисковых машин, рынком доменных имен, P2P-файлообменом и интернет-протоколами. Но меня не покидало чувство, что от меня ускользают масштабы эры, для которой Биткойн может стать катализатором. Только опосля исследования протестантской Реформации я ощутил, что отыскал прототип пригодного масштаба.

Надеюсь, что вы будете читать этот доклад с таковым же наслаждением, с каким я работал над ним.

От всей души ваш,

Туур Демеестер

Четыре предпосылки Реформации

Мы считаем, что Реформацию обеспечили четыре предпосылки, которые есть и сейчас: истязающий статус-кво, при котором услуги предоставляет монополист, разработка как катализатор конфигураций, возникновение новейшего экономического класса и работоспособных стратегий защиты и отступления для бунтарей.

1. Монополист в погоне за рентой

По утверждению создателей статьи «Экономический анализ протестантской Реформации», Церковная церковь была монопольным поставщиком духовных услуг, а частичный контроль над юридической системой дозволял ей подавлять соперников. Веками она делала самую важную функцию — отпускала грехи, практически являясь «хранителем» ключей от рая. Этот сервис обычно предоставляли священники. Создатели продолжают: «Если религиозная монополия завышает цены, она рискует тем, что а) обычный люд изберет другого поставщика услуг религиозных; б) муниципальная власть отыщет другого поставщика услуг юридических». Конкретно это и вышло во время Реформации.

Монополист, чья погоня за рентой вызывает вопросцы сейчас, — интернациональная валютная и финансовая система. С Бреттон-Вудского соглашения 1944 года бакс США владеет «безмерной льготой» как глобальная запасная валюта. Как и Церковная церковь XVI века, денежные власти имеют частичный контроль над правовой системой, что дозволяет им подавлять соперников. Наиболее того, фиатная банковская система контролирует доступ к сбережениям и пенсиям людей всего мира. Есть основания считать, что в критериях количественного смягчения, отрицательных процентных ставок и денежных войн банковская монополия завышает цены на свои услуги (за которые клиенты платят средством инфляции). Из-за этого она рискует столкнуться с тем, что а) обыденные граждане и б) штатские власти изберут другого поставщика денежных услуг. Иными словами, при наиболее широком распространении биткойн быть может принят политическими игроками как настоящие средства для всех законных целей.

«Временные сборы стали неизменными, и бессчетные новейшие налоги были введены для самых богатых членов церкви. Церковные документы […] свидетельствуют, что сыновья и внуки еретиков должны были оплачивать грехи собственных отцов. […] Души погибших родственников были бы освобождены из чистилища за плату», —The Marketplace of Christianity, с. 117

Фрагменты картины «Битва Масленицы и Поста» Питера Брейгеля Старшего (1559). Брейгель иносказательно изображает конфликт века: слева — предающиеся наслаждениям бунтари, справа — ослабленная Церковная церковь. 2. Технологическая революция как катализатор перемен

В XVI веке обширно распространились несколько изобретений, изменивших мир. Печатный станок понизил стоимость книжки с годичного дохода до цены одной курицы. Двойной бухгалтерский учет убыстрил международную торговлю. Улучшенные компас и песочные часы дозволили ворачиваться с неизведанных территорий (что открыло дорогу к исследованию мира). В конце концов, огромное количество остальных изобретений возникло благодаря буму научных исследовательских работ.

Изобретения конца XX и начала XXI веков привели к цифровой революции. Телекоммуникации и электрическая почта дозволили работать удаленно. Вычислительные ресурсы и сервисы хранения данных перевоплотился в предмет массового употребления, что значительно понизило инфраструктурные издержки и, как следствие, стоимость пуска стартапов. Программное обеспечение с открытым начальным кодом отдало бизнесменам надежные и бесплатные инструменты. Защитные технологии криптографии отыскали применение в общедоступных решениях для сохранности. Социальные сети дозволили распространять информацию стремительно и без излишней бюрократии.

В Европе XV века «стоимость книжек падала на 2,4% в год в протяжении наиболее 100 лет», в то время как толика институтских курсов, посвященных науке, выросла с 25% до 40%. (Dittmar & Seabold)

 

Стоимость интернет-соединения со скоростью 1 Мбит/с свалилась на 99% за 20 лет: с $100 000 до наименее чем $10 (на 99,99% — Прим. пер.)

«Обычно, люди из Антверпена — блестящие негоцианты, весьма богаты, […] стремятся подражать незнакомцам, […] решительные и способные вести торговлю в хоть какой точке мира», — Гвиччардини, 1612

3. Новейший экономический класс: люди, которым есть за что биться

В протяжении XVI и XVII веков морская торговля в Европе существенно возросла и усовершенствовалась. Рейн, протекающий от Швейцарии до Ла-Манша, был важной торговой артерией, и расположенные в его устье городка Нижних Земель оказались в выигрыше. Стремительно вырос размер продуктов, доставляемых по морю, в особенности импорт специй из Азии в Европу. В этих критериях крепчало воздействие технологического прогресса. В портовых городках, где соблюдалось верховенство закона, расцвели такие спец отрасли, как создание красок и тканей, книгопечатание, оружейное дело, плетение гобеленов, образование и медицина. Мастера, освоившие эти профессии, завлекали клиентов со всей Европы. В итоге роста торговли, технологических нововведений и интенсивной специализации общее благосостояние возросло, а роль сельского хозяйства в нидерландской экономике свалилась. Это ослабило позиции землевладельцев и церкви в пользу новейшего класса негоциантов.

В наши деньки классы на Западе выражены не так очевидно. Тем не наименее, как мы считаем, определенные части населения еще резвее остальных воспринимают перемены. А именно, поколение миллениалов очень скептично относится к обычным финансам и с энтузиазмом пользуется цифровыми нововведениями. Опрос Facebook 2016 года показал, что лишь 8% миллениалов «веруют советам денежных организаций» и что 45% «готовы отрешиться от собственного банка, брокерского либо кредитного счета в пользу наилучшей кандидатуры». Наиболее того, опрос Трансамериканского центра пенсионных услуг (Transamerica Center for Retirement Services) свидетельствует: 76% миллениалов считают, что им будет «еще труднее достигнуть социальной защищенности», чем поколению их родителей, а 79% обеспокоены, что к моменту выхода на пенсию они останутся без поддержки системы социальной защиты. Ожидается, что поколение миллениалов, больше остальных поколений инвестировавшее в Биткойн-экономику, к 2029 году будет надзирать огромную часть располагаемого дохода в США.

«Новое определение миллениалов — люди до 1996 года рождения — принципиально, потому что показывает на поколение, которое успело осознать и уяснить 11 сентября и повстречало кризис 2008 года юными людьми», — Pew Research, 2018

4. Надежные стратегии защиты и отступления

Даже владея экономическим приемуществом и значимым состоянием, человек не склонен противостоять господствующему положению вещей, не имея надежных стратегий защиты и отступления.

Логично, что Нидерландская революция длилась 80 лет — подольше хоть какого другого восстания в те времена. Морские гёзы были несокрушимы на воде. В 1573 году нидерландцы удачно защитили Алкмар от осады, затопив окрестные поля и перерезав критически важную для испанцев линию снабжения. Год спустя эта же стратегия выручила центр образования, город Лейден. Голландская аква линия — цепочка укрепленных деревень, расположенных в прямой видимости друг от друга — защищала расположенный на западе Нидерландов культурный и экономический центр страны: окружающие поля можно было затопить за несколько часов. А за счет доступа к Северному морю и развитого флота постоянно оставался запасной вариант — эмиграция на Английские острова или, уже в XVII веке, в Новейший Свет.

«Снятие осады Лейдена», 1574 (фрагмент). Затопление полей методом разрушения плотин нанесло большой вред, но ослабило испанскую армию и позволило нидерландской флотилии достигнуть городка.

В XXI веке за сохранность людей, ставящих под вопросец экономический статус-кво, отвечает тайнопись. Криптографические технологии обеспечивают приватность и защищают от конфискации активов. Шифрование сейчас применяется везде. К примеру, внедрение HTTPS во Глобальной сети подросло с 13% в 2014 году до 77% в 2018 году. Но этого недостаточно, если поставщик услуг быть может скомпрометирован. Потому мы смотрим рост энтузиазма к цифровой суверенности: миллениалы употребляют Биткойн и интересуются таковыми проектами, как VPN, Blockstack, одноранговые WiFi-сети, Tor, Signal, Purism, U2F, PGP и так дальше.

«Если на завоевание остальных городов уйдет столько же времени, сколько на те, что мы уже сразили, у нас нет ни времени, ни средств, чтоб подавить оставшиеся 24 бунтующих городка в Голландии», — Испанский командующий Дон Луис де Рекесенс, 1574

«Криптология — это будущее приватности, а как следует, будущее средств, банков и денег. Выбирая меж взаимодействием с валютной системой, сохраняющей детализированный цифровой след всей денежной активности, и другой системой, гарантирующей анонимность и приватность, люди изберут вторую. Наиболее того, они будут ее добиваться», — Орлин Граббе, 1995

Доктрины прошедшего и реального

Интуитивная параллель меж Реформацией и современностью — доктрины, которые отражали самую сущность восстания и провозглашали единение и убежденность. Мы лицезреем такие объединяющие обращения и сейчас.

В XVI веке центральной доктриной Лютеранской Реформации были слова Sola fide, что переводится «одной только верой». Эта фраза выражает идею, что верующим больше не нужен священник, чтоб попасть в рай. Довольно лишь веры и преданности. Другое пользующееся популярностью обращение Реформации — Sola Scriptura, либо «одним только Писанием», — отторгает хоть какой авторитет, не считая Библии.

В мире Биткойна сейчас есть несколько «боевых кличей», часто пренебрежительно именуемых мемами. На наш взор, они отражают бунтарский дух и провозглашают современную реформацию. Во-1-х, Vires in numeris — «сила в цифрах». Сущность данной для нас мантры сформулирована в пользующейся популярностью цитате Тайлера Винклвосса: «Мы решили доверить свои средства математической системе, вольной от политики и человечьих ошибок». Иной лозунг биткойнеров — «не доверяй, инспектируй» (Don’t trust, verify). Эта фраза известна с 1990-х и, возможно, возникла как перевернутая цитата Рональда Рейгана «Доверяй, но инспектируй». Она вдохновляет юзеров независимо инспектировать целостность открытого ПО, а в случае Биткойна — валидность транзакций в блокчейне. Запись на форуме 2013 года породила слово HODL, которое значит жесткое намерение хранить свои припасы биткойнов, несмотря на волатильность. В конце концов, мантра «Не твои ключи — не твои биткойны» (Not your keys — not your bitcoins), подчеркивает недоверие к посторонним сервисам, берущим биткойны на хранение.

«Христос и овчарня», 1524, Нюрнберг. Эта пользующаяся популярностью гравюра указывает, как Христос привечает поистине верующих, пока Церковная церковь грабит сарайчик и обогащается на индульгенциях.

«Сама мысль независящей валюты, а не попросту применение приватных и устойчивых к цензуре платежных способов к имеющимся валютам, не появлялась посреди ранешних шифропанков либо академических криптографов, пока ее не предложили либертарианцы-футуристы», — Ник Сабо, 2019

Деньги во время Реформации

Как мы узнали, во время Реформации возник новейший культурный и экономический класс, пытавшийся оградить себя в оживленной, нестабильной и агрессивной обстановке. Это была сеть независящих, неповторимых экономических игроков, готовых отстаивать свои взоры, отрезанных от обычных методов ведения дел, но располагающих массивным инструментарием. Благодаря острой необходимости повысить финансовую сохранность возник целый ряд нововведений и длительных трендов. В последующих разделах мы обсудим соответствующие черты денежного сектора Нидерландов XVI-XVII веков и экстраполируем некие параллельные тренды, которые с большенный вероятностью могут закрепиться в Биткойн-мире.

Маринус ван Реймерсвале, «Собиратель податей», 1542 Депозитные банки: полное резервирование, строгие правила

В 1609 году в Нидерландах негоцианты и городские власти вместе основали Амстердамский банк (Amsterdam Wisselbank, AWB), выполнявший две главные функции. Во-1-х, в нём хранились припасы золота и серебра, привезенные негоциантами — беженцами из Южных Нидерландов и остальных территорий. Во-2-х, банк выпускал признаваемые за пределами страны валютные знаки, деноминированные во флоринах, и переводные векселя.

«Логично, что нидерландцы придут к благоденствию ранее нас. Все их муниципальные деятели — негоцианты. Они путешествовали по забугорным странам, они соображают, как торговать, и делают всё в ее интересах», — Петиция к Оливеру Кромвелю, XVII век

Уровень сохранности в Амстердамском банке не имел аналогов в мире. Он находился в Амстердаме — городке, защищенном Голландской аква линией, — рвом длиной 80 км. Кабинет и хранилища разместились в самом центре городка, у всех на виду, — в ратуше. Сама организационная структура отражала жесткое намерение банка делать свои фидуциарные обязанности. В нем работали четыре уполномоченных, и за помещением постоянно должны были следить не наименее 2-ух служащих. Уполномоченные контролировали 4 бухгалтеров, 4 аудиторов, 3-х админов и пробирщика драгоценных металлов. Для предотвращения мошенничества любой бухгалтер делал заблаговременно определенную задачку. Голландская Ост-Индская компания (Verenigde Oostindische Compagnie, VOC) — возможно, самая могущественная финансовая организация собственного времени, — держала счет в Амстердамском банке и платила лишь через него.

Невзирая на несколько испорченный послужной перечень как банка с полным резервированием, репутация AWB не имела для себя равных в XVII веке. Надежность и стабильность банка сыграли главную роль в благоденствии Республики Соединенных провинций. Уже в 1776 году Адам Смит в «Исследовании о природе и причинах богатства народов» хвалил средства Амстердамского банка за «неотъемлемые достоинства перед валютами». Услуги AWB не были дешевенькими: банк взимал комиссию за открытие счета и брал 1% в год за хранение золотых монет и 1,5% за снятие средств. Но в целом достоинства средств AWB были так явны, что его банкноты имели ажио, другими словами торговались дороже, чем золото и монеты, которыми они были обеспечены.

Телега для транспортировки золотых монет в Амстердамском банке

В Биткойн-сообществе в ответ на неприятие доверенных третьих сторон, высочайший риск утраты и кражи и длительную регуляторную неопределенность мы ожидаем возникновения похожих высоконадежных и требующих малого доверия систем банкинга и хранения биткойнов.

Решения с наименьшим доверием построены так, что очень усложняют кражу и мошенничество. Внедрение устройств задержки транзакций и программируемых многоуровневых прав подписи свидетельствует о становлении надежных способов хранения биткойнов, что может поднять сохранность на недосягаемый доныне уровень. Мы высоко оцениваем перспективы решений на базе умных договоров, предложенных таковыми людьми, как Боб МакЭрлат (Bob McErlath), Брайан Бишоп (Bryan Bishop) и Питер Вилле (Pieter Wuille). В этом смысле рост популярности кошельков с мультиподписью, быстрее всего, является перспективным началом еще большего тренда. По состоянию на октябрь 2019 года, 32% биткойнов в воззвании хранятся на адресах формата P2SH, обеспечивающих наилучшую приватность, а 12% — на адресах, которые совершенно точно можно систематизировать как кошельки с мультиподписью (по сопоставлению с 0% в 2014 году).

«[Здесь хранилище определяется как] схема сотворения транзакции, которая обязует и юзера, и злодея постоянно следить за общественным блокчейном. Слабо защищенный жаркий ключ быть может применен для отправки монет на случайный адресок лишь опосля определенного времени. Во время данной для нас задержки есть возможность инициировать процесс возврата, который может или вызвать характеристики наиболее прохладного хранения, или […] перезапустить период задержки», — Брайан Бишоп (Bryan Bishop) обрисовывает предложение для пред-подписанного хранилища с мультиподписью, 2019

Страхование бизнеса: осторожно сплетая сеть доверия

Совместно с бумом морской торговли в XVI веке возникла необходимость в денежных разработках, которые учитывали бы сопутствующие опасности. Процентные ставки «морских займов» — ранешней формы страхования для хозяев судов — были вынужденно высочайшими: заем погашался, лишь когда корабль благополучно ворачивался в порт. Такие договоры были в особенности комфортны, если инвестор не имел достоверной инфы о прибыльности экспедиции. Кандидатурой был договор «коменда» (comenda), дававший инвестору право на долю в прибыли удачного рейса. Оба варианта все таки не были всеполноценными образцами современного морского страхования. 1-ые страховые договоры возникли в Италии, где негоцианты сами выступали в роли страховщиков, что потом положило начало обоюдному страхованию. К XVI веку страхование дошло до берегов Британии, Франции, Голландии и Испании.

Изображение голландского торгового судна (фрагмент), Виллем ван де Вельде, 1650

Одной из основных заморочек для негоциантов являлось получение страховых выплат. Не все денежные центры были идиентично надежны. Ошибившись в выборе страховщика, негоциант мог проститься с средствами. Получить достоверную информацию на незрелом рынке морских перевозок было трудно, потому страховщики сталкивались с высочайшими операционными рисками. Время от времени мореплаватели специально страховали собственный корабль на значительную сумму, чтоб потом потопить его, либо же брали страховку на уже затонувшее судно. Из-за больших рисков негоцианты платили завышенные премии надежным страховщикам, в то время как страховщики нередко имели дело только с теми негоциантами, которым могли доверять. На стоимость страховки влияли и остальные причины, такие как финансовая стабильность страховщиков и верховенство закона в городке. Правительства Амстердама и Венеции неоднократно пробовали ввести лицензирование страховых брокеров и гильдий, но эта мера не отыскала поддержки.

Негоциант Голландской Ост-Индской компании с супругой, Альберт Кёйп, 1640–1660

Страхование в экосистеме Биткойна всё еще находится на весьма ранешней стадии. С возникновения промышленности майнинга в 2013 году мы узрели много примеров протострахования. Инвесторы делают предзаказ на устройства для майнинга у стартапов-производителей. Они, в свою очередь, употребляют собранные средства для производства чипов и оборудования и, как в морской торговле XVI века, претендуют на часть прибыли в случае фуррора компании. Не считая того, несколько кастодиальных сервисов дают различные формы страхования. Вообщем, маленьким шрифтом обычно обозначено, что застрахованы только «жаркие» кошельки, хранящие не наиболее чем 10% биткойнов под управлением. Как и в торговле XVI века, страхование в криптобизнесе зависит от огромного количества неведомых причин, таковых как волатильность цены и опасности, связанные с регулированием, информационной сохранностью, провайдерами сервисов и т. д. Беря во внимание глобальную ликвидность Биткойна, недозволено исключить даже атаки со стороны стран. Страховые компании, претендующие на фуррор в промышленности, должны владеть глубокими теоретическими и практическими познаниями, также иметь точный набор эталонов, закрепляющих ответственность сторон и их длительные обязательства. Неслучайно самострахование в виде запасного фонда сделалось де-факто эталоном в промышленности кастодиального хранения биткойнов.

«В то время как на классическом рынке есть страховые программки с покрытием до 2 млрд баксов, для криптоактивов доступны программки только до 500 миллионов баксов.», — Джефф Хэнсон (Jeff Hanson), директор AON, июнь 2019

Ликвидный залоговый актив как база займов и деривативов

В 1602 году голландские негоцианты соединили 6 маленьких компаний и собрали 64 тонны золота, чтоб основать Голландскую Ост-Индскую компанию (VOC). Она обладала своим флотом кораблей для торговли с Азией, на что голландское правительство предоставило ей монопольное право. Благодаря данной для нас монополии флот Ост-Индской компании играл важную роль в продолжающейся войне с Испанией. В 1604 году компания вышла на биржу, проведя 1-ое общественное размещение акций в современном виде. Долю в ней мог приобрести хоть какой желающий. Размещение прошло удачно: наиболее 2% населения Амстердама стали акционерами VOC. Преднамеренное отсутствие акций на предъявителя и точные правила владения ценными бумагами и передачи прав на их отвечали главным требованиям прозрачного рынка. В 1610 году инвесторы получили 1-ые дивиденды.

«Падение процентных ставок указывает фуррор амстердамского вторичного рынка. Он направил капитал в продуктивное русло, в индивидуальности в короткосрочные займы, за счет активной торговли ценными бумагами и сопутствующих устройств кредитования», — Гельдерблом и Йонкер (Gelderblom & Jonker)

Акции Ост-Индской компании стали очень ликвидными. Их охотно брали в залог: спустя несколько месяцев опосля основания компании акции общей стоимостью в 27 600 гульденов были применены в качестве гарантии при обмене пленными. Уже в 1607 году один аристократ занял 2000 гульденов под 8%, заложив акции рыночной ценой 3000 гульденов (коэффициент обеспечения 66%). Залоговый рынок акций VOC стремительно вырос, но оставил о для себя не достаточно документальных свидетельств, потому что сделки происходили в личном порядке. В 1623 году правительство официально утвердило функцию ликвидации акций Ост-Индской компании в случае дефолта их держателя. К 1640-м годам Амстердамская биржа проводила постоянные сделки репо по акциям компании. Рыночные процентные ставки в Амстердаме по (обеспеченным) займам свалились с 8% в 1596 году до наименее 6% в 1620-м. Высочайшая ликвидность рынка акций VOC сделала их безупречным базисным активом для процветающего в Амстердаме XVII века рынка деривативов, который предлагал форвардные договоры (в том числе с возможностью открытия маленьких позиций) и сделки репо. В диссертации, посвященной Ост-Индской компании, историк Л. О. Петрам заключает, что «опосля 1630–50-х годов инвесторы интересовались основным образом финансовыми сервисами, предоставляемыми вторичным рынком, а не самой торговлей с Ост-Индией».

Инвестиции и доходность торговых компаний до основания Ост-Индской компании Доступ к кредитам, обеспеченным акциями Ост-Индской компании, привел к резкому падению процентных ставок в Амстердаме

Ворачиваясь к нынешнему деньку, мы лицезреем, что держатели биткойнов почти во всем похожи на акционеров VOC. Они склонны к длительному инвестированию, хранят значительную долю капитала в этом активе и без охоты продают его, чтоб не платить налог на прирост капитала. Будучи миллениалами, они полны амбиций инвестировать и далее. Мы ожидаем роста популярности биткойна как залога для займов. Мы также с оптимизмом смотрим на рынки деривативов, дозволяющие бизнесам буквально устанавливать свою стратегию управления рисками, тем обеспечивая устойчивый рост Биткойн-индустрии. Наша догадка заключается в том, что наикрупнейшие рынки деривативов появляются в отраслях экономики с большей волатильностью цен: акции Ост-Индской компании в Амстердаме XVI века, сельское хозяйство и драгоценные сплавы в 1980-х, процентные ставки сейчас, а завтра, возможно, Биткойн.

Торговая активность в финансовом секторе выросла на 45%, а в сельском хозяйстве свалилась на 53%. : CFTC, Commission in brief, 2016.

«Согласно нашей догадке, рынки деривативов растут вокруг секторов, которые в большей степени несут ответственность за оценку рисков в экономике (т. е. экономических продуктов, против которых компании должны хеджироваться)», — Комиссия по торговле товарными фьючерсами США (CFTC), Commission in brief, 2016

Доступ к капиталу в дефляционном мире

Бессрочный аннуитет — это продающийся по фиксированной стоимости договор, дающий обладателю право получать каждогодние выплаты до конца жизни. Такие договоры обширно использовались начиная с XIV века как заменители долгов, потому что не нарушали запрет Церковной церкви на ростовщичество. (Начиная с XVI века закон обычно гарантировал, что пожизненные аннуитеты можно погасить, выплатив тело долга.) Бессрочные аннуитеты нередко использовались для финансирования капиталоемких компаний с низкими рисками: бизнесов, ферм и местных правительств. В Нижних Землях в XIV веке наблюдалось два всераспространенных экономических сценария. Прибрежные регионы с песчаными почвами мучались от нередких наводнений, и там почти все землевладельцы не управлялись с долгами и лишались принадлежности. В наиболее размеренных внутренних землях Фландрии основанные на аннуитетах кредиты использовались для стимуляции развития бизнеса (нередко с целью инвестирования в недвижимость), в то время как старые обитатели брали бессрочные рентные договоры в качестве пенсии. Аннуитеты могли передаваться третьим сторонам и потому стали пользующимся популярностью денежным инвентарем посреди городского населения. По мере того как Нидерландская революция набирала обороты, а доходы от морской торговли увеличивались, росла и значимость защиты городов и их населения. Городка начали завлекать капитал, выпуская аннуитеты.

«К 1580-м годам аннуитеты были довольно развиты, чтоб служить надежным инвентарем для широкой публики, включая негоциантов, вдов, сирот и благотворительные организации», — Гельдерблом и Йонкер (Gelderblom & Jonker)

Аннуитеты заполучили популярность намного ранее, чем обоюдное страхование жизни (показавшееся только в XVIII веке в Великобритании), потому что в еще наименьшей степени добивались доверия эмитенту страхового полиса. Страховую выплату пришлось бы истребовать практически с того света, без способности забрать залог. Может быть, культурный компонент также сыграл свою роль: клиентам было комфортнее ставить на долгую жизнь (аннуитеты), чем на маленькую (страхование жизни).

«Аннуитеты могли употребляться для огромного количества целей, а именно как метод погашения задолженности наследников […] Выдающийся рост Антверпена очень воздействовал как на земляной, так и на кредитный рынок в его округах за счет массового роли городских жителей», — Лимбергер и Де Вейльдер (Limberger & De Vijlder)

Номинированное в биткойнах кредитование живет и здравствует, хотя сама валюта лишь не так давно отметила 10-летний юбилей. Сообщается, что опосля с начала работы в марте 2018 года компания Genesis Capital оформила долговые договоры, деноминированные в биткойнах, на сумму выше $2 миллиардов. Очевиден спрос со стороны хедж-фондов, бизнесов с припасами биткойнов и личных трейдеров. Мы лицезреем параллели меж аннуитетами, которые выпускали нидерландские городка, и токенами IEO, которые сейчас выпускают биржи (Initial Exchange Offering, либо IEO, — первичное размещение токенов биржи). К примеру, Bitfinex сделала IEO-токен LEO, чтоб привлечь рыночную ликвидность в сложное с юридической точки зрения время, также понизить риск ликвидности, связанный с Tether. Пожизненное обязательство биржи выкупать LEO по рыночной стоимости делает этот токен схожим на аннуитеты. Остальные расположенные в оффшорных юрисдикциях биржи последовали этому примеру: Binance выпустила Binance Coin, Huobi — Huobi Token, а FTX — FTX Token. У биткойн-бирж есть лояльная аудитория, которая до некой степени зависит от их сервисов, и токены разрешают биржам употреблять доверие юзеров, на самом деле занимая у их средства. Развивая аналогию с осажденными нидерландскими городками и скупыми до прибыли негоциантами, мы ожидаем, что идентичные с аннуитетами предложения продолжат воспользоваться популярностью у оффшорных биткойн-бирж и миллениалов-криптотрейдеров. Практически это 1-ые примеры прото-страхования жизни на Биткойн-рынке. С течением времени мы ожидаем возникновения компаний обоюдного страхования жизни, которые полностью могут вдохнуть новейшую жизнь в эту очень ослабленную классическую промышленность. Бессчетные исследования проявили, что инфляция приглушает спрос на страхование жизни, потому распространение биткойна как жестких средств может возвратить популярность данной для нас услуге.

«IEO — это гремучая смесь Goldman Sachs и Nasdaq. Это новейший вид сбора средств, которые способен поменять финансовую промышленность […], но поначалу необходимо разобраться с его регулированием», — Стивен Нерайов (Steven Nerayoff), CEO Alchemist, июнь 2019

Данные США. : Шестое каждогоднее собрание президентов компаний в области страхования жизни, iii.org, ycharts

«1% роста инфляции, как ожидается, будет сопровождаться понижением общей суммы работающих договоров страхования жизни на душу населения на 1,2%», — Дэвид Бэббел (David Babbel), доктор Калифорнийского института в Беркли, 1981

Выводы

Венчурный капиталист Эрик Вайнштейн (Eric Weinstein) не так давно высказал мировоззрение, что расхожая фраза «отличные идеи одолевают нехорошие» неверна и что наиболее корректная формулировка — «пригодные идеи одолевают неподходящие». Перефразируя теорию Дарвина о выживании видов звериных, он утверждает: мысль расцветает, лишь когда она очень соответствует историческим происшествиям.

Вправду, история указывает, что самого по для себя свойства идеи недостаточно для ее распространения в обществе. Работающий паровой движок был описан Героном Александрийским в I веке н. э., но коммерческое применение эта разработка получила только спустя 1600 лет. Печатный станок с ручным набором существовал еще в Корее XIV века, до машинки Гутенберга, но не привел там к революции. Викинги добрались до Америки на несколько сотен лет ранее Колумба и Гудзона. Иными словами, из-за наружных событий даже идеи с огромным потенциалом нередко не получают массового распространения.

Но временами происшествия складываются особенным образом: на благодатной почве разом приживается огромное количество мыслях, и это запускает невероятную цепную реакцию, конструктивно меняющую общество. Пример тому — Протестантская Реформация: идеи зародились, восстания вспыхнули, раны были залечены, и новое поколение конструктивных бизнесменов сделало беспримерную серию основополагающих экономических и денежных нововведений. 500 лет спустя ситуация может повториться.

«Если потенциал стартапа пропорционален размеру его соперников, умноженному на их некомпетентность, то самый перспективный стартап — тот, который соперничает с государственными правительствами. Это не является кое-чем неосуществимым: конкретно это делают криптовалюты».

— Пол Грэм (Paul Graham), основоположник Y Combinator, август 2019

Сейчас мы лицезреем, что широкие слои населения, в особенности миллениалы, выражают активное несогласие с политикой интервенционизма центральных банков. Тем временем технические спецы все резвее разрабатывают инструментарий, который может содействовать подрыву экономического статус-кво. Согласно прогнозам, через 10 лет миллениалы будут зарабатывать больше всех остальных поколений. Они отлично подкованы на техническом уровне, выросли опосля 11 сентября, и у их есть разработка защиты — шифрование. Меж тем экосистема Биткойна становится все наиболее развитой во всех экономических качествах, в особенности в части банковских депозитов, страхования, займов и деривативов, также ранешних форм страхования жизни. Если этот процесс продолжится, мультислойный набор протоколов Биткойна сумеет стать глобальной движущей силой и возможной кандидатурой мировой денежно-финансовой системе.

A вы готовы к Биткойн-реформации?

Приложение

Короткая история Протестантской Реформации с фокусом на Нижних Землях

1. 1-ые несогласные

В 1511 году Эразм Роттердамский публикует «Похвалу глупости» — пользующееся популярностью сатирическое произведение, направленное на Католическую церковь. 6 лет спустя, в 1517 году, Мартин Лютер получает известность благодаря своим «95 тезисам» — едкой критике Церковной церкви и её погони за рентой. Через несколько месяцев тыщи копий этого документа циркулируют по всей Европе. В ответ на это в 1521 году Церковная церковь заявляет его работы ложью и спаливает их. В 1522 году повелитель Карл V учреждает инквизицию в Нижних землях для угнетения еретиков. В 1523 году происходят 1-ые сожжения еретиков. В 1535 году Карл V приговаривает всех еретиков к погибели, а в 1539 подавляет направленное против него восстание в Генте, спровоцированное увеличением налогов.

В этот период все социальные слои подвержены политическому преследованию. Под следствием в 1543 году оказывается даже набожный фламандский католик Герард Меркатор (картограф, известный собственной картой мира 1569 года). Он проводит семь месяцев в кутузке, откуда его высвобождают за отсутствием доказательств. В том же году Коперник публикует книжку о гелиоцентрической модели мира, а фламандский анатом Везалий высказывает базовое несогласие с анатомической моделью Галена — в первый раз за полтора тысячелетия.

Главными героями картины «Корабль дураков» Иеронима Босха стали представители духовенства. Произведение, возможно, было вдохновлено одноименным сатирическим стихотворением 1494 года, вступление к которому содержит строчки: «Кто занимает свое пространство на корабле дураков, со хохотом и песнями плывет в ад».

В 1548 году в Антверпен переезжает гуманист Христофор Плантен — его издательство скоро становится самым престижным в Западной Европе. В 1555 году в Антверпене возникает 1-ый подпольный протестантский городской приход.

2. Открытое сопротивление

В 1559 году повелитель из династии Габсбургов (Филипп II — Прим. пер.) уезжает из Брюсселя в Испанию, опосля что его сводная сестра Маргарита Пармская становится штатгальтером Нидерландов. 1566 год заходит в историю как «год чудес». В его начале фламандская знать публикует петицию к штатгальтеру Нидерландов с просьбой закончить преследования, что вызывает на удивление мягенькую реакцию. Набравшись смелости, группы протестантов начинают проповедовать в церковных храмах, что сопровождается вандализмом, который потом становится известен как иконоклазм, либо иконоборчество. На местном уровне, без согласия губернатора, с ними заключается перемирие, и протестантам разрешают проповедовать в 6 церквях снутри городских стенок Антверпена. Позднее в том же году поражение армии протестантов (гёзов) склоняет баланс сил назад в пользу роялистов.

«Смелость проповедников-кальвинистов в данной для нас области [Фландрии] выросла так, что в собственных проповедях они наставляют людей, что недостаточно искоренить язычество в сердцах, — нужно совершенно убрать его из поля зрения. По-видимому, они понемногу говорят свою паству в мысли о необходимости разграбить церкви и избавиться от всех изображений», — Служащий испанского правительства, 1566

3. Угнетение

В 1567 году испанский барон Альба прибывает в Нидерланды с 10 тыщами опытнейших бойцов и учреждает «трибунал крови». Его шестилетнее правление в должности штатгальтера Нидерландов является, по неким оценкам, предпосылкой смерти наиболее 18-ти тыщ человек. По прибытии Альба поднимает налоги и начинает стройку большой крепости на границе городка, которое закончится в 1572 году. Эта цитадель-пентагон становится «одной из более важных городских конструкций XVI века». Три года спустя испанская корона сталкивается с финансовыми трудностями и прекращает платить своим наемникам в Нидерландах, которые под командованием коменданта Антверпенской оплота Санчо Д’Авилы (Sancho D’Avila) разграбляют город в 1576 году. «Испанская ярость» становится одним из огромнейших зверств за почти все века: за три денька убито 7–10% населения городка, тыщи домов разрушены.

Аллегория нидерландской цивилизации, атакованной испанцами. Йоханнес Гейсиус, 1616 Вид Антверпена с высоты птичьего полета, оплот Альбы на фронтальном плане. : Civitates Orbis Terrarum I Гравюра 1580 года указывает, как нидерландцы были испуганы испанским вторжением, изображенным как нашествие свиней. Лев является эмблемой Нидерландов

Невзирая на отчаянное сопротивление, включавшее частичное разрушение Испанской оплота, в 1585 году Антверпен сдается Испании и всем жителям-протестантам отводится четыре года на то, чтоб окончить дела и покинуть город. То же происходит в Генте и Брюсселе. В течение 20 лет с разграбления Антверпена практически 50% городских жителей эмигрируют. Наисильнейшая экономика Европы переживает сердечный приступ: весь последующий век заработной платы в Антверпене останутся на 35% ниже, чем в расположенном всего в 140 километрах от него Лейдене — городке в дружеском к протестантам регионе Северные Нидерланды.

4. Нидерланды, Новейший Амстердам, Нью-Йорк

Падение Антверпена, а позже и Южных Нидерландов полностью, заносит большенный вклад в становление Золотого века Республики Соединенных провинций, куда переселяются 50–100 тыщ фламандцев. В то же время относительно веротерпимая Великобритания увеличивает собственный человечий капитал за счет притока иммигрантов. Опосля десятилетий войн и завоеваний Испанская империя слабеет изнутри (отчасти вследствие вреда для здоровья от близкородственных браков), и ее твердое, иерархическое правление не выдерживает конкуренции с гибкими, оживленными и коммерчески нацеленными экономиками Нидерландов и Британии. Сочетание, с одной стороны, религиозной и коммерческой толерантности, а с иной — защищенной водой местности становится рецептом фуррора. В протяжении последующих 200 лет Нидерланды и Великобритания находятся на передовой полосы экономических нововведений и роста.

Примерное распределение негоциантов Амстердама по происхождению в 1585 и 1609 годах. «Наиболее половины негоциантов с имуществом в 100 тыщ флоринов и больше в 1631 году были родом из Южных Нидерландов»

«Действия в Голландии опосля 1600 года противоречат всераспространенному воззрению о том, что вторичные рынки происходят от на публике торгуемого муниципального долга. Акции Ост-Индской компании, а не муниципальные облигации, стали главный переломной точкой», — Гельдерблом и Йонкер (Gelderblom & Jonker)

В 1579 году провинции Северных Нидерландов собираются, чтоб подписать Утрехтскую унию, провозглашающую независимость от Испании. Документ декларирует полную религиозную свободу на нидерландских территориях — свободу, которую будут уважать и в Новеньком Амстердаме. В 1588 году, опосля разгрома Непобедимой Армады в Ла-Манше, Испания оставляет пробы захватить Великобританию. В 1602 году иммигрант из Антверпена Дирк ван Ос становится одним из основоположников Голландской Ост-Индской компании. Он финансово помогает экспедиции Генри Гудзона в Северную Америку в 1607 году, подписывает один из первых в мире биржевых сертификатов и выступает соучредителем Амстердамского банка в 1609 году. В том же году Испания и Нидерландская республика заключают мирный контракт. В 1620 году отцы-пилигримы, которые потом отправятся в плавание на корабле «Мейфлауэр» и заложат Плимутскую колонию, селятся в нидерландском городке Лейдене, обнаружив там убежище от религиозной нетерпимости их родной Великобритании. В 1621 году фламандско-нидерландский негоциант Виллем Усселинкс (Willem Usselincx) получает разрешение от Генеральных штатов основать Голландскую Вест-Индскую компанию (Dutch West India Company, WIC) с монопольным правом осваивать земли Северной Америки. В 1624 году 1-ые поселенцы прибывают на Губернаторский полуостров неподалеку от Манхэттена. В 1626 году валлонец Петер Минёйт (Peter Minuit) покупает Манхэттен у делаваров и располагает там столицу Новейших Нидерландов — в то время чисто коммерческого компании. В 1638 году в Голландии издается основополагающий для гелиоцентризма труд Галилео Галилея «Две новейшие науки» (его черновик незаконно вывезен из Италии). В 1643 году по подсчетам Иссака Жога население Манхэттена составляет 500 человек, которые молвят на 18-ти языках. В 1644 году британский поэт Джон Мильтон публикует «Ареопагитику» — философский трактат в защиту свободы слова и самовыражения. В 1654 году на Манхэттен прибывает маленькая группа португальских евреев, и получив петицию еврейского общества Европы, губернатор Новейшего Амстердама Питер Стёйвесант в конце концов дозволяет им остаться, подав пример радушия по отношению к будущим поселенцам остальных национальностей. В 1664 году английская армия захватывает Новейший Амстердам и переименовывает его в Нью-Йорк. Население городка на тот момент — 9 тыщ человек. В 1665 году учитель Спинозы, беженец из Фландрии Франциск Ван Ден Энден публикует «Вольные политические предложения», в каких защищает свободу слова, свободу религии, эгалитаризм, аболиционизм и прямую демократию. В 1683 году английский граф Томас Дунган назначен губернатором Нью-Йорка с поручением усилить там воздействие Англиканской церкви — со собственной задачей он так и не совладевает. В 1689 году философ Джон Локк публикует «Послание о веротерпимости» (A Letter Concerning Toleration), где приводит убедительные аргументы в пользу религиозной толерантности. В 1777 году Нью-Йорк воспринимает первую конституцию штата без религиозной принадлежности и становится единственным из провозгласивших независимость штатов, где нет требований религиозного нрава для муниципальных чиновников.

Карта Новейших Нидерландов. Большая часть нидерландских поселений находились на местности современного Нью-Йорка

«До этого всех свобод дайте мне свободу знать, гласить и спорить свободно, в согласии с совестью», — Джон Мильтон, 1644

«Это соглашение дальше предписывает, описывает и заявляет, что свободное занятие религиозной профессией и вероисповедание религии, без дискриминации и предпочтений, разрешается в этом штате навечно и всем», — Конституция штата Нью-Йорк, 1777

Послесловие

В центре «Битвы Масленицы и Поста» Брейгеля изображена брачная пара. Мужик несет мешок — знак эгоизма и несовершенства, а дама — погашенный фонарь, отражающий недочет мудрости. Поддерживая друг дружку, они удаляются в сопровождении шута. Мы интерпретируем эти фигуры как сообщение в поддержку грядущего Реформации. Хотя обыкновенные мужик и дама не такие просвещенные, как того хотели бы интеллектуалы, они, обычно, не участвуют в войне фанатиков. Эта невовлеченность не следствие общей апатии, а быстрее выражение прагматичного желания размеренной домашней жизни и личного экономического прогресса.

Как и Брейгель, мы с состраданием и оптимизмом смотрим на длительные перспективы улучшения жизни людей, даже если состоится Реформация 2.0. Очевидно, в любом споре общество делится на несколько лагерей, исходя из предубеждений и неточных оценок. Но в длительной перспективе груз слепой веры и фанатизма быть может сброшен, а фонарь разума — зажжен.

Развилки дороги истории, как форки, повсевременно дают нам возможность свернуть к наилучшему миру.

Оригинал

Перевели и редактировали Олег Андреев, Tony B (Bitcoin Translated), Валерия Важнова, Дима Железов, Иван Иваницкий, Александр Селезнев, Сергей Тихомиров (подкаст «Базисный Блок»).

Author: Anonim