Средства, Биткойн и Время: Время (часть 3)

Обычная правда о времени: Время – это наиглавнейший ресурс. Его абсолютный недостаток ограничивает все наши нарративы, как отдельных людей, так и обществ. При помощи экономики мы стремимся к наиболее действенному использованию времени. Как разрушитель всего сущего и врачеватель всех ран, оно является величавым финоменом природы.

***

Обобщая взоры почти всех выдающихся мыслителей, в данном эссе, состоящем из трёх частей, будут поочередно рассмотрены последующие темы:

  • Средства — их характеристики, история и эволюционная история (ЧАСТЬ 1)
  • Биткойн — его природа и значимость в истории средств (ЧАСТЬ 2)*
  • Время — взор на его ценность и на то, как может сложиться история средств (ЧАСТЬ 3 — эта статья)

Данное эссе составлено под впечатлением, навеяно и переработано на базе бессчетных литературных произведений. Заголовок всякого раздела будет содержать номер [n], ссылающийся на надлежащие синтезированные работы в конце каждой части. Этим же из вас, кто желает получить доп объяснения по хоть какой из обсуждаемых тут тем, я настоятельно рекомендую прочесть выставленные уникальные труды.

***

Наиглавнейший ресурс [1]

Ограниченность ресурсов – это отправная точка всей системы экономических отношений. Принято считать, что природные ресурсы по собственной сути редки, что в неком смысле, правильно, так как, к примеру, на Земле существует только определённое количество такового природного ресурса, как золото. Но при всем этом, это конечное количество золота на планетке всё ещё очень велико для того, чтоб человек мог его даже измерить, и никаким образом не является настоящим пределом того количества, которое предположительно быть может добыто. Мы в буквальном смысле «только чуть поцарапали поверхность», так как невзирая на все усилия по добыче нужных ископаемых, население земли не продвинулось даже наполовину вглубь земной коры, самого узкого поверхностного слоя планетки. Движимые желанием ублажения потребностей, люди постоянно находили методы расширить и углубить исследования, чтоб отыскивать ещё больше доступных природных ресурсов. Потому настоящий практический предел количества хоть какого природного ресурса — это постоянно и лишь количество времени, усилий и изобретательности человека, затраченных на его добычу. Таковым образом, для населения земли неповторимый подлинно дефицитный ресурс — это время.

Для всякого человека в отдельности, единственным реальным недостатком является ограниченное время отведённое ему на Земле. Для населения земли, как общества, единственной суровой неувязкой недостатка, с которой оно сталкивается, является суммарное количество времени, усилий и изобретательности, которые могут быть задействованы в производстве благ. Этот ограниченный ресурс, который мы будем именовать человечьим временем, является высшим публичным средством производства. Население земли ещё никогда в истории стопроцентно не исчерпало ни 1-го природного ресурса. Стоимость на все природные ресурсы, исходя из убеждений людского времени, постоянно неприклонно понижалась в длительной перспективе, так как, благодаря технологическим достижениям наша производительность труда резко повысилась. Мы не только лишь не израсходывали ни 1-го природного ресурса, да и их подтверждённые припасы (количество разведанных природных ресурсов, всё ещё находящихся в недрах Земли) продолжают возрастать, невзирая на растущие темпы производства, потому что новейшие технологии разрешают нам открывать и добывать природные ресурсы в огромных объёмах.

Нефть, актуальная сила промышленной экономики, является прелестной иллюстрацией данной концепции. Даже при каждогоднем росте добычи нефти её подтверждённые припасы растут ускоренными темпами. Согласно данным статистического обзора BP (Вritish Рetrolium), с 1980 по 2015 год каждогодная добыча нефти увеличивалась на 50%. С иной стороны, припасы нефти за этот же 35-летний период возросли на 148%, что приблизительно втрое превосходит прирост добычи нефти. Подобная статистика существует по всем природным ресурсам, присутствующим в земной коре. Некие из их наиболее всераспространены (к примеру, железо и медь), остальные же встречаются очень изредка (как золото и серебро), но постоянно и только конкретно количество времени, затрачиваемое человеком на добычу, является ограничивающим фактором того, сколько какого-нибудь природного ресурса мы можем извлечь из недр. Наилучшим подтверждением этого обычного факта является золото: если объёмы добычи 1-го из самых редчайших металлов в земной коре вырастают с каждым годом, то нет никакого смысла считать любые остальные природные ресурсы дефицитными в каком-либо практическом плане. Ворачиваясь к базовым рыночным реалиям, связанным с отложенным потреблением и инвестициями — настоящая стоимость какого-нибудь продукта — это постоянно другая стоимость, выраженная в цены остальных продуктов, от которых отказались ради его производства. Что касается природных ресурсов, то лишь человеческое время по-настоящему дефицитно, что делает его самым ценным ресурсом.

Замороженное время [1]

По мере роста населения во всём мире, также растёт и количество времени, которое человек может навести на добычу и создание природных ресурсов. Как мы уже узнали, продуктивная отдача за единицу людского времени (производительность труда) быть может повышена за счёт использования способностей технологических методов решения заморочек (инструментов). С экономической точки зрения, инвентарем либо технологией могут считаться оба нижеприведённых варианта благ:

* Неисключаемое благо — как один человек что-то изобретает, все другие могут скопировать его изобретение и пользоваться им для своей выгоды.

* Неконкурентное благо – человек, извлекающий выгоду из изобретения, не понижает полезности, которую получают остальные люди, использующие данное изобретение.

К примеру, опосля того, как один человек изобрёл колесо, все другие могли скопировать его и сделать свою систему, а внедрение ими этого изобретения никаким образом не приведёт к понижению возможности остальных людей извлекать из него выгоду. Нововведения, подобные этому, с течением времени распространяются, накапливая нужный эффект, и приводят к предстоящему увеличению производительности и разделения труда. Подобно свече, от которой зажглись тыщи остальных свеч, и пламя которой не угасло, достоинства нововведений в конечном счёте достаются любому, без вреда для самого изобретателя.

Природные ресурсы и инновации — это постоянно и только продукт вложенного людского времени. Потому исходя из убеждений производства человеческое время является высшим ресурсом и сутью ценности. Для ведения расчётов, людям нужен был надёжный метод сохранения ценности, которую они делают затрачивая своё время, чтоб в дальнейшем поменять её на время, усилия и изобретательность остальных людей. С концептуальной точки зрения, средства — это замороженное время. Они зарабатываются, жертвуя человечьим временем, и могут быть обменены на соразмерные жертвы остальных людей. Исконная неувязка, с которой сталкиваются люди, состоит в том, чтоб придти к коллективному решению, какая из валютных технологий может лучшим образом служить данной цели.

В техническом плане, средства — это спонтанно возникающее свойство, которое человек приписывает определенному благу. Люди, действуя в собственных собственных интересах, живут в технологических и экономических реалиях, которые сформировывают их решения и делают для их стимулы к всепостоянству, адаптации, изменениям либо инновациям. Конкретно в итоге бессчетных столкновений этих сложных человечьих взаимодействий появляются и распадаются спонтанные валютные порядки. История показала нам бессчетное огромное количество ситуаций, когда некоторое благо выбиралось естественным путём на базе рыночных отношений, приобретая роль средств, а потом уступало пространство превосходящей технологии.

Какие бы монетарные носители не выбирались людьми в качестве средства хранения цены, постоянно существовал риск бесконтрольного роста их предложения производителями, чтоб те могли овладеть лежащей в их ценностью. Обитатели архипелага Яп стали очевидцами схожей игры, когда О’Киф добывал камешки Раи с внедрением взрывчатых веществ. Европейцы, завозившие на кораблях партии дешёвых стеклянных бусин в Африку, лишали западноафриканцев их богатств. Достояние людей в современной экономике повсевременно узурпируется центральными банками, по мере того как они равномерно либо в сжатые сроки подрывают ценность муниципальных фиатных средств. Золото впритирку приблизилось к решению данной препядствия, так как является неразрушимым, просит значимых издержек для добычи, а его поступление сравнимо прогнозируемо. Но физическая природа золота привела к его централизации в банковских хранилищах и принудительной подмене мягенькими муниципальными средствами.

Прямо до изобретения биткойна, все формы средств были подвержены рискам хищения их цены производителями валютного продукта. Это привело к тому, что все монетарные технологии до возникновения биткойна были неидеальны исходя из убеждений их возможности сохранять стоимость в длительном плане. Конечное предложение биткойна превращает его в наилучшее средство для хранения цены, произведённой ограниченным человечьим временем. Иными словами, биткойн является наилучшим средством сбережения когда-либо изобретённым населением земли, потому что это единственная монетарная разработка, которая не быть может обесценена со временем. Информационная, нематериальная и чисто цифровая природа Биткойна дозволяет ему достигнуть абсолютного недостатка, характеристики, которое ранее было присуще только самому времени.

Абсолютная дефицитность биткойна делает его безупречным средством для замораживания и совершения транзакций с иным исключительным полностью дефицитным ресурсом – временем.

Независимо от того, сколько людей употребляет сеть, как продвинутым становится оборудование для майнинга либо как растет его стоимость, в мире может существовать лишь 21 миллион биткойнов. С течением времени, полностью возможно, что Биткойн будет считаться наилучшей технологией для скопления сбережений, когда-либо изобретённой.

Временной арбитраж [2,13,14]

Предсказать инновации такового масштаба фактически нереально, тем не наименее они следуют обычной схеме принятия. В книжке под заглавием «Диффузия нововведений» изложены концептуальные положения, призванные разъяснить, как, почему и с какой скоростью распространяются новейшие идеи и технологии. Диффузия — это процесс, средством которого инновация передаётся и принимается участниками социальной системы со временем. Существует четыре главных элемента, которые влияют на распространение новейшей идеи:

— Нрав нововведения

— Каналы коммуникаций

— Время, прошедшее с момента формирования идеи

— Социальные системы, в рамках которых оно принято

Как достигается определённый темп внедрения, инновация добивается переломного момента, и её предстоящее распространение становится фактически неостановимым (теория предпочтений, тесновато сплетенная с правилом меньшинства, о котором шла речь выше), так как люди, естественным образом, отдают предпочтение наиболее совершенным технологическим решениям.

Таковая кривая принятия более свойственна и часто реализуется резвее для сетевых технологий, таковых как Веб и Биткойн, потому что их всеобщее принятие всё посильнее и резвее стимулируется сетевыми эффектами. Основываясь на предполагаемом количестве юзеров, мы лишь начинаем вступать в раннюю фазу принятия Биткойна:

S-образная кривая процесса принятия. По мере того, как сменяющие друг дружку группы принимают новейшую технологию либо идею, возрастает толика рынка. Переломный момент (зелёный круг) обозначает точку перегиба и приводит к резвому росту принятия.

В вкладывательной деятельности понятие временного арбитража относится к активам, которые стают перепроданными на базе короткосрочных либо чувственных настроений рынка невзирая на то, что их длительная перспектива либо вкладывательные фундаментальные характеристики остаются постоянными либо даже улучшаются. Временной арбитраж — это, на самом деле, ещё одна форма старенькой вкладывательной поговорки: «Брать при нехороших новостях, продавать при не плохих». Такие времена дают инвесторам возможность войти в позицию с теми же либо усовершенствованными базовыми ценовыми показателями по наиболее низкой стоимости.

Все везде распространённые на нынешний денек технологии сами когда-то являлись зарождающимися нововведениями и прошли весь путь к внедрению в ежедневную жизнь. Приведём тут несколько из самых важных новшеств, внедрённых с 1900 года, и покажем динамику их принятия:

По мере того, как телекоммуникационные сети стают всё наиболее развитыми и везде распространёнными, темпы внедрения юзерами инноваторских технологий резко ускоряются.

Как мы лицезреем, прогресс в области телекоммуникаций и способов распространения убыстрил темпы внедрения новейших нововведений. На нынешний денек, веб является предпосылкой того, что прорывные инновации распространяются подобно лесному пожару в сознании людей по всему миру. Так как это лишь зарождающаяся монетарная разработка, которая не до конца понятна подавляющему большинству людей в мире, Биткойн всё ещё имеет маленький уровень принятия и, как следует, значимые перспективы роста. Не считая того, владение частью сети Биткойна сейчас наиболее чем на 80% дешевле, чем около года вспять, невзирая на то, что его полезность исходя из убеждений пропускной возможности, эффективности комиссий за транзакции и сетевой сохранности существенно стала лучше за этот же период. Такое сочетание причин показывает на то, что на данный момент самое подходящее время для того, чтоб пользоваться преимуществами временного арбитража и инвестировать в сеть Биткойна. Не считая того, ценность сети Биткойна, как технологии, будет продолжать расти с каждым днём её удачной работы.

Эффект Линди [4,11]

Все вещи этого мира попадают под одну из 2-ух главных категорий: тленные и вечные. Различие меж тленными (люди, отдельные предметы) и вечными состоит в том, что крайние не имеют естественного, непредотвратимого срока годности. Обычно, бренное имеет физическую природу, другими словами подвержено физической деградации, в то время как вечное, основным образом, носит информационный нрав. Раздельно взятый кар является тленным, но кар как разработка просуществовал в протяжении столетия, и можно с достаточной уверенностью представить, что просуществует ещё, по последней мере, в течение последующего столетия. Любой человек когда-либо умрёт, но его гены (являющиеся цифровыми) могут передаваться бессчетным поколениям. Эту эвристику Нассима Талеба, известную как «эффект Линди», можно резюмировать последующим образом:

— Для тленного любой доп денек жизни приводит к сокращению длительности жизни.

— Для вечного любой доп денек жизни может означать наиболее долгосрочную длительность жизни.

Единственный работающий арбитр над всем — это время, потому что время является абсолютным разрушителем всего сущего. Эффект Линди тесновато связан с антихрупкостью, поэтому что разрушительные последствия времени представляют собой более ярко выраженную форму неблагоприятных явлений.

Всё, что получает выгоду от роста кавардака под воздействием времени, является антихрупким и выигрывает от эффекта Линди. Для простоты можно пользоваться случайной арифметикой, к примеру, если книжка всё ещё издаётся через 50 лет, то следует ждать, что она остается в печати ещё на 50 лет. Если книжка продолжает издаваться последующие 50 лет опосля этого, то существует возможность того, что она остается в печати как минимум ещё на 120 лет. И в некий момент эффект Линди может иметь следствием неограниченную длительность жизни. Можно с полным основанием ждать, что таковая книжка, как Библия, которая издавалась тыщи лет, остается в печати до конца людской истории.

Если б вы провели опрос в 1995 году и спросили людей, считают ли они, что Веб станет неизменной составляющей их жизни, вы, возможно, получили бы разноплановые ответы. Если провести таковой же опрос сейчас, люди могли быть совсем единодушны в том, что Веб является неотъемлемой частью их жизни. Так как неважно какая разработка, носит быстрее информационный, чем физический нрав, она не стареет так, как стареет человек. Таковая разработка, как колесо, не является «старенькой» в смысле подверженности деградации, это технологический дизайн, который сохранился в протяжении 1000-летий, и можно уместно ждать, что он сохранится ещё в течение почти всех лет.

Таковым образом, чем подольше сейчас существует разработка, тем наиболее долгое время она может просуществовать в дальнейшем. Потому что Биткойн является технологией, то любой денек удачной операционной деятельности наращивает его ожидаемую длительность жизни. Не считая того, как мы узнали, центральными подвижными частями Биткойна являются математика и людская природа ─ две концепции, которые представляют собой саму суть «Линди» и от которых можно с резонным основанием ждать, что они сохраняться до конца людской истории. Безпрерывно возрастающая длительность жизни Биткойна увеличивает его предполагаемую благонадёжность, и в конечном счёте он будет считаться неотъемлемой составляющей нашей современной жизни, буквально так же, как и веб в текущее время. Эта эвристика помогает разъяснить, почему золото, быстрее всего, будет как и раньше рассматриваться как монетарный сплав в течение почти всех лет, в то время как Биткойн всё ещё находится в процессе завоевания человеческого доверия:

Со временем твёрдые монетарные технологии равномерно обретают большее доверие, предлагая уверенность в завтрашнем деньке своим юзерам.

Эффект Линди владеет всепригодной применимостью во времени. Та же самая динамика конкуренции, которая вызвала восхождение золота к доминирующей монетарной роли, в текущее время является движущей силой принятия Биткойна. С данной точки зрения, за будущим стоит прошедшее. Как говорит арабская пословица: «У того, у кого нет прошедшего, нет и грядущего». Невзирая на давление и принуждение со стороны центральных банков в прошедшем веке, твёрдые средства представляют собой норму людской истории, и мы являемся очевидцами их возрождения с возникновением на свет биткойна. Пока биткойн продолжает существовать, познания о его базовой природе и многофункциональных способностях будут распространяться и далее. Боясь его предстоящего роста, находящиеся сейчас у денежной власти будут прилагать все усилия, чтоб предупредить восхождение биткойна и защитить монополию на средства, которой они владели в протяжении крайнего столетия.

Будущее регулирования [1,4,5,15]

Существует весомая причина тому, почему золотой эталон был принудительно отменён, при всем этом до сего времени не возникло ни 1-го неплохого средства сбережения, которое могло бы заполнить эту пустоту. Для сохранения прибылей от сеньоража правительства должны проводить инфляционную денежно-кредитную политику. В неприятном случае, если б было надёжное средство сбережения, доступное для людей, их бизнес-модель была бы поставлена под опасность, потому что люди уходили бы из обесценивающейся фиатной валюты, чтоб оградить свои богатства от предстоящей конфискации. Как произнес Алан Гринспен, прошлый председатель Федеральной Запасной Системы (центрального банка Соединённых Штатов) в 1966 году:

«При отсутствии золотого эталона отсутствуют и методы защиты сбережений от конфискации путём инфляции. Отсутствует неопасное средство сохранения ценности. Если б оно было, государству пришлось бы сделать владение им нелегальным, как это вышло в случае с золотом. Если любой, например, решит преобразовать все свои банковские вклады в серебро, медь либо хоть какой другой продукт, опосля что откажется в качестве оплаты за продукты принимать чеки, то банковские вклады утратят свою покупательную способность, а сделанный государством банковский кредит растеряет всякую ценность в качестве требований на продукты. Финансовая политика страны всеобщего благосостояния просит, чтоб у хозяев богатства отсутствовали любые методы оградить себя».

Разумеется, что центральные банки понимают, что конкурентность на вольном рынке против твёрдых средств создаёт значимый риск для стабильности их социалистической бизнес-модели. Для того чтоб защитить монопольное положение центральных банков, правительства прибегают к принятию обременительных законов против собственных людей. Правительства стремятся оградить свои национальные валюты от вольной рыночной конкуренции при помощи внедрения ряда правовых мер, а именно:

— Контроль за движением капитала – запрет на перемещение средств в страну либо из неё;

— Распоряжения о конфискации – принудительный арест активов, как, к примеру, Указ № 6102 от 1933 года, который объявил личное владение золотом в Соединённых Штатах вне закона;

— Нормативные акты о «легитимных платёжных средствах» – которые делают искусственный спрос на муниципальные фиатные средства, требуя, чтоб они принимались для урегулирования долгов.

Что касается Биткойна, то перед регулирующими органами встаёт неповторимая проблема. Биткойн существует в перпендикулярной плоскости по отношению к закону, и фактически ни один орган власти (либо кто-нибудь ещё) не может воздействовать на его функционирование. Надлежащие нормативные акты призваны регулировать деятельность физических и юридических лиц и не адаптированы для работы с децентрализованной сетью, которая сама по для себя разрастается в автономном режиме. Для регуляторов не составляет препядствия избрать мишенью для внедрения правовых норм централизованные объекты, будь то отдельные компании либо их генеральные директора. Но нормативные акты регуляторов оказались в значимой степени бессильными против децентрализованных сервисов.

Чтоб лучше осознать этот момент, разглядим пример BitTorrent, децентрализованного пирингового сервиса обмена файлами. В 1-ые деньки существования веба такие файлообменные платформы, как Napster и Kazaa, стали очень пользующимся популярностью методом для юзеров обмениваться фильмами, музыкой и иными медиа конкретно вместе. При помощи этих бесплатных сервисов юзеры загружали и закачивали мультимедиа с компьютерных серверов компаний. Таковой прямой обмен файлами меж клиентом и сервером конкретно грозил прибыли медиа-монополии, потому что он стопроцентно обходил закон о авторском праве. Организации, специализирующиеся защитой прав автора, стремительно отреагировали на это массовыми судебными разбирательствами. Так как такие сервисы, как Napster и Kazaa, предоставлялись централизованными компаниями с головным кабинетом, исполнительным персоналом и серверным оборудованием, они были уязвимы для закрытия. Подать судебные иски, побеседовать с парой влиятельных чиновников, наложить штрафы и вывести из эксплуатации несколько компьютерных серверов – это всё, что потребовалось, чтоб закрыть эти сервисы и защитить монополистов медиаиндустрии.

Внедрение BitTorrent, децентрализованного протокола с открытым начальным кодом для пирингового обмена файлами, коренным образом изменило ситуацию. Опосля установки на комп BitTorrent дозволяет пользовательским узлам загружать и закачивать киноленты, музыку и иной медиа-контент конкретно от остальных юзеров при помощи зашифрованных каналов связи. В связи с тем, что файлы в сети не поступают из 1-го источника, BitTorrent также сумел предложить потрясающую скорость загрузки, фрагментируя медиафайлы и вытягивая их из нескольких узлов сразу. В отличие от неудачных клиент-серверных моделей централизованных платформ, протокол BitTorrent никогда не хранит ни 1-го медиафайла, он лишь обеспечивает передачу файлов меж отдельными юзерами:

Как и испытанная модель BitTorrent, Биткойн имеет децентрализованную архитектуру, которая делает его весьма устойчивым к наружным атакам и цензуре.

Исходя из убеждений архитектуры, вся программная кодовая база протокола существует на каждой пользовательской машине, куда он был скачан, что делает для регулятора фактически неосуществимым определение местопребывания адресата и его отключение, потому что не существует единой точки уязвимости (сопротивление цензуре). Протокол BitTorrent существует всюду и нигде в силу собственной децентрализованной сетевой архитектуры – той модели, которая потом будет употребляться Биткойном. И вправду, в отсутствие централизованной системы для отключения, регуляторы были не в состоянии приостановить BitTorrent и остальные протоколы, которые были им инспирированы. По состоянию на 2009 год пиринговый обмен файлами с внедрением децентрализованных протоколов, таковых как BitTorrent, составлял до 70% интернет-трафика по всему миру.

Биткойн уже показал характеристики, подобные свойствам BitTorrent, потому что регуляторы были не в состоянии сдержать расширение его сети либо закончить его работу. Его нереально сдерживать при помощи контроля над движением капитала, потому что он стопроцентно находится за пределами классической денежной системы. В отличие от золота, конфискация биткойнов очень затруднена, беря во внимание их информационный нрав. Таковым образом, остаются лишь законодательные акты о платёжных средствах, которые как и раньше имеют юридическую силу и подлежат выполнению, и потому правительства могут востребовать от юзеров биткойна преобразовать некую часть принадлежащих им активов в биткойнах в муниципальные фиатные средства для уплаты налогов. Таковым образом, биржи и внебиржевые рынки, на которых торгуется биткойн, являются единственными пригодными мишенями для регуляторов. Соответственно, эти денежные шлюзы, соединяющие биткойн с классической денежной системой, возможно, будут подвергаться непрестанному усилению контроля со стороны регуляторов и мер по обеспечению соблюдения законодательства. Но, как мы лицезрели в Китае, активизация усилий, по всей видимости, лишь подчеркнёт необходимость в Биткойне, расширит узнаваемость его бренда и будет содействовать росту объёмов биржевых сделок («эффект Стрейзанд»).

На самом деле, проекты с открытым начальным кодом, такие как Биткойн, являются просто информацией – программным обеспечением, написанным на компьютерном языке, именуемом кодом. Потому что это всего только код, то Биткойн можно распечатать, записать, проговорить либо уяснить. Биткойн – это также и форма средств, потому он соединяет воединыжды такие понятия, как средства и информация, делая их равнозначными. Эта теория была очень отлично сформулирована Навалем Равикантом в 2017 году:

«Это одна из самых безумных вещей в данной концепции, поэтому что средства и речь оказались одним и этим же — средства, информация и математика — это одно и то же. В мире биткойнов я могу практически записать собственный биткойн-адрес и ключи на листе бумаги и положить его в банковскую ячейку. На самом деле, он будет находится в «прохладном» хранилище, я также мог бы сохранить всё это в собственной голове. Запомнив главные фразы, я могу расслабленно пересекать границы стран с млрд баксов в моём мозгу. Это весьма мощная, но практически ошеломляющая теория в этом смысле».

1-ая поправка к Конституции США гарантирует, что все америкосы имеют возможности производить своё право публиковать и распространять всё, что им нравится, без ограничений либо подготовительного ограничения — что содержит в себе программный код, схожий тому, что представляет собой Биткойн. Установленный правовой прецедент в США прямо защищает программный код в согласовании с Первой поправкой. Разглядим вариант c PGP:

«В 1995 в Своде законов правительства США имелись законы, ограничивающие экспорт не лицензированного криптографического программного обеспечения из Америки. Эту продукцию систематизировали как «военное оборудование». 1-ые версии прорывного программного обеспечения для криптографии с открытым ключом «Pretty Good Privacy» либо «PGP», написанные Филиппом Циммерманом сходу же вывели из США через электрические доски объявлений (BBS) по коммутируемым телефонным сетям. Но за пределами Соединенных Штатов все копии «PGP» числились «пиратскими». Чтоб решить вопросец незаконного копирования в действие привели смышленый план: употреблять Первую поправку Конституции как средство легализации процесса. Это так просто. Как начальный код «PGP» напечатали как книжку, он одномоментно и, что ещё важнее, неоспоримо, попал под защиту Первой поправки».

Биткойн неоспоримо подпадает под защиту свободы слова, обеспечиваемую Первой поправкой к Конституции Соединённых Штатов Америки.

По сиим причинам маловероятно, что какое-либо из правительств ведущих глобальных держав попробует впрямую и стопроцентно запретить Биткойн, потому что это не только лишь противоречит законам о свободе слова, да и создаст приливную волну гласности (снова же, эффект Стрейзанд). Центральные банки приняли сложившуюся действительность. Бывшая председатель Федеральной Запасной Системы Джанет Йеллен (Janet Yellen) это подтвердила:

«Федеральная запасная система просто не имеет возможностей любым образом надзирать либо регулировать биткойн».

Таковым образом, биткойн недозволено отключить, он фактически невосприимчив к регулированию и употребляет экономические стимулы для неуклонного роста. Само его существование меняет правила игры практически для всех в этом мире, в особенности для центральных банков, которые сейчас сталкиваются с экзистенциальной опасностью применяемой бизнес-модели.

Игра вдолгую [1,4,16]

Средства — это то, при помощи что мы ведём счёт в игре жизни. В теории игр исследуется, как адекватномыслящие люди принимают стратегические решения в разных актуальных сценариях. Она базирована на чисто математических определениях и имеет прикладное значение в хоть какой области, где люди должны выбирать – сотрудничать либо соперничать вместе. Обычная игра, анализируемая теорией игр, — это «Проблема заключённого»:

Два члена криминальной группировки, Алекс и Бобби, арестованы и заключены под стражу. При всем этом они содержатся в одиночных камерах, не имея способности разговаривать вместе. Сторона обвинения не располагает достаточными подтверждениями, чтоб осудить их по основному предъявленному обвинению, но у их есть довольно фактов, чтоб засадить обоих за решётку за наименее серьёзные злодеяния. При всем этом прокурор дает сразу им обоим пойти на сделку со следствием. Любому заключённому предоставляется возможность или предать другого, дав против него показания, или сотрудничать вместе, храня молчание. Вероятные решения и их последствия:

— Если Алекс и Бобби предадут друг дружку, любой из их отсидит по два года в кутузке.

— Если Алекс кинет Бобби, но Бобби будет молчать, Алекс будет освобождён, а Бобби отсидит три года в кутузке.

— Если Бобби кинет Алекса, но Алекс будет молчать, Бобби получит свободу, а Алекс отсидит три года в кутузке.

— Если Алекс и Бобби оба будут хранить молчание, то оба отбудут в кутузке лишь по одному году (за наименьшие злодеяния).

Данные игровые решения и их результаты для удобства восприятия сведены в последующую таблицу:

Теория игр указывает нам, что противники нередко будут вести себя вопреки обоюдным интересам.

Эта игра «Проблема заключённого» сводится к точке Шеллинга, представляющую из себя некоторое решение, к которому люди будут стремиться при отсутствии общения либо абсолютного обоюдного доверия (иными словами, в конкурентноспособной среде). Точкой Шеллинга в проблеме заключённого являются решения Алекса и Бобби о взаимном предательстве, так как любой из их рискует получить по три года кутузки, если один решит хранить молчание, а иной даст свидетельские показания. Беря во внимание, что у обоих есть стимул для дачи показаний, хорошей стратегией в данной игре является обоюдное предательство, невзирая на то что взаимное молчание обеспечивает наилучший итог для их обоих.

Так как средства — это состязательная игра (в какой есть фавориты и проигравшие), то не постоянно можно довериться инфы, приобретенной от остальных игроков. Как следует, Точка Шеллинга валютной конкуренции заключается в выборе доступного продукта, который проявляет самую большую твёрдость, поэтому что люди (потенциальные противники) должны быть ограничены в способности создавать новейшие валютные единицы, чтоб не отдать им похищать ценность, заложенную в их. Конкретно по данной причине управляемый рынком естественный отбор настолько свирепо эффективен в распространении твёрдых средств, так как люди повсевременно стремятся получать ценность и сохранять её при помощи более надёжных из доступных валютных технологий, основанных на твёрдых деньгах.

Ценность валютных продуктов, таковых как биткойн, определяется исходя из их черт на основании теории игр – это значит, что любой участник рынка оценивает валютный продукт, делая упор на собственное представление о том, будет ли данный продукт ценен для остальных участников игры и как ценен (буквально так же, как заключённые Алекс и Бобби должны предугадать решения друг дружку, чтоб принять собственные действенные решения). Чем ранее участник рынка способен предугадать будущий спрос на какое-либо валютное благо, тем большее преимущество он получит относительно остальных участников рынка, так как он сумеет приобрести данное благо за еще наименьшую стоимость, нежели когда оно станет обширно нужным в наиболее позже время. Не считая того, когда кто-то приобретает некое благо, ждя, что оно будет нужно в качестве средства сбережения в дальнейшем, он тем ускоряет принятие данного блага иными для данной же самой определенной цели, так как совершаемый ими выбор хранилища ценности отчасти зависит и от их осознания ваших целей, которые сначала побудили вас приобрести это валютное благо. Эта кажущаяся цикличность является очередной петлёй положительной оборотной связи, которая вдохновляет общества консолидироваться на едином хранилище ценностей (иной нюанс динамики «фаворит получает всё»):

Теоретико-игровые характеристики процесса монетизации подталкивают людей к тому, чтоб сойтись на единой форме средств.

В определениях теории игр полное преобладание на рынке единственного средства сбережения с потрясающим соотношением припасов к приросту понятно как «равновесие Нэша» – игровое состояние, при котором ни у 1-го игрока нет стимула отклониться от избранной им стратегии опосля предвидения более возможного выбора всех его врагов. В протяжении всей людской истории соц конвергенция на одной форме сверхтвёрдых средств является равновесием Нэша валютной конкуренции. Как уже было показано на примере золота в XIX веке, когда бессчетные общества сходятся на на одном средстве сбережения, они наблюдают существенное понижение торговых издержек и сопутствующее этому расширение вольной торговли и повышение скопления капитала («La Belle Époque»). Лишь прошедшее столетие, в каком доминировали муниципальные фиатные средства, является аномальным тут.

Твёрдые средства — это норма людской истории, и мы смотрим их возрождение совместно с биткойном.

Процесс монетизации, который мы лицезрели с золотом и сейчас смотрим с биткойном, является теоретико-игровым. Люди должны без помощи других решать, как идеальнее всего хранить ценность, сделанную их временем, затраченным на создание. Такое решение принимается на базе предсказуемых представлений, также решений и действий остальных людей в отношении доступных им монетарных технологий. Благодаря схожей динамике всеохватывающего взаимодействия действий принятия решений люди спонтанно приписывают валютную роль некоторому благу. Также это взаимодействие является предпосылкой того, почему твёрдые средства постоянно одерживают победу. Таковым образом, твёрдые средства являются эмерджентным свойством косвенного обмена буквально так же, как средства являются эмерджентным свойством прямого обмена.

Конкретно потому ценность, хранящаяся в наиболее мягеньких формах средств, стопроцентно поглощается твёрдыми средствами любой раз, когда они ведут взаимодействие в рамках одной экономической сети. Существующая на фоне экспансионистской денежно-кредитной политики, практикуемой сейчас каждым центральным банком в мире, стоимость биткойна продолжит расти, по мере того как соотношение фиатной валютной массы в воззвании к количеству единиц биткойна в воззвании будет изменяться в сторону всё большего расхождения:

Данный график, который является только иллюстративным, просто указывает, что расхождение в кривых предложения биткойна и бакса США приведёт к удорожанию биткойна в баксовом выражении, даже без какого-нибудь роста спроса на биткойн (как мы уже лицезрели, спрос на биткойн быстро растёт). Та же самая динамика применима ко всем современным муниципальным деньгам, так как любой центральный банк в мире проводит брутальную экспансионистскую денежно-кредитную политику. В глобальной игре интернациональной конкуренции фиатных валют равновесие Нэша – это все валюты, раздутые до бесполезности. В данной гонке ко дну те, кто владеет лёгким доступом к свеженапечатанным деньгам, будут экспроприировать как можно больше цены (через эффект Кантильона) и употреблять её для приобретения недвижимости, золота либо остальных устойчивых к инфляции активов (таковых как биткойны). Данная точка зрения с позиции теории игр ясно разъясняет, почему фактически все мягенькие правительственные бумажные валюты имеют тенденцию в итоге обесцениваться.

Дальше мы покажем, как с 1900 года все главные фиатные валюты практически стопроцентно обесценились по отношению к золоту (направьте внимание на резкое понижение в 1971 году, когда привязка валют к золоту была стопроцентно разорвана):

Как мы уже могли убедиться в процессе исторического процесса, любой раз, когда твёрдые средства сталкиваются с мягенькими средствами в торговой сети, они теснят крайние из конкуренции. Ранее мы лицезрели, как золото, владея потрясающей твёрдостью, демонетизировало серебро с очень тяжёлыми экономическими последствиями для тех обществ, которые подольше всего оставались на серебряном эталоне, таковых как Китай и Индия. Сейчас само золото сталкивается с наиболее твёрдым валютным соперником, и полностью возможно, что оно будет равномерно демонетизироваться по мере того, как люди станут переводить свои активы в биткойн из-за его непревзойдённых свойств как средства сбережения. Этот процесс может занять очень длительное время, и полностью может быть, что золото по сути отчасти сохранит валютное применение, беря во внимание большие припасы, имеющиеся у центральных банков, глубокую историю отношений населения земли с сиим валютным сплавом (Эффект Линди), его относительно высочайшее и предсказуемое соотношение припасов к приросту, и тот факт, что некие люди постоянно могут предпочесть вещественное средство сбережения цифровой кандидатуре. Что касается муниципальных средств, то конкурентноспособная ситуация там обстоит еще ужаснее.

Горизонт событий [1,4,16]

Гиперинфляция — это специфичный вид демонетизации, неповторимый для муниципальных фиатных средств, которого не было при золотом эталоне. Гиперинфляция возникает, когда правительство производит новейшие валютные единицы в ускоренном темпе для финансирования расходов либо обслуживания долговых обязанностей, что приводит к понижению цены государственной валюты с той же увеличивающейся скоростью. Стоимость гиперинфлирующей валюты обваливается сначала по отношению к более ликвидным товарам, легкодоступным обществу (таковым как золото либо бакс США), а потом, зависимо от относительной доступности, и по отношению к настоящим товарам, таковым как недвижимость и сырьевые продукты. Таковая последовательность вызвана рвением человека получить наибольшее количество вариантов обмена, так как он пробует избавиться от обесценивающейся валюты и приготовится к навигации в критериях очень неопределённой экономической ситуации. Когда гиперинфляция усиливается, курс валют начинает падать по отношению к скоропортящимся товарам. В обществах, переживающих поздние стадии гиперинфляции, нередко можно следить стопроцентно опустевшие продуктовые магазины. С течением времени общество или перейдёт к бартерной экономике, или воспримет новое средство обмена, как мы лицезрели в Зимбабве, когда  обвалившийся зимбабвийский бакс в конце концов был заменён на бакс США. Сам этот процесс происходит очень напряжённо, потому что часто заменяющая валюта становится дефицитной, так как зарубежные банковские учреждения или проявляют нежелание предоставлять её, или сами ограничены в ликвидных средствах.

Принимая во внимание тот факт, что биткойн является самой твёрдой формой средств в мире, он будет продолжать укрепляться на фоне гиперинфляционных, мягеньких муниципальных валют, даже без какого-нибудь роста спроса на него (как показано на вышеприведённом графике). В конце концов, это приведёт к появлению переломного момента в экономике неких государств, при котором юзеры будут спешить уйти из несостоятельной валюты собственного страны, чтоб перейти на внедрение биткойна, для защиты собственных скоплений от предстоящей конфискации. Этот переход будет иметь схожую динамику с иными событиями демонетизации и гиперинфляции, но будут и отличия, беря во внимание неповторимые характеристики биткойна как монетарной технологии. Демонетизация валюты, вызванная биткойном, именуется событием гипербиткойнизации и различается от гиперинфляции 2-мя критичными моментами.

Во-1-х, гиперинфляция происходит при ограниченной конкуренции с иными фиатными валютами, так как правительство может просто ввести контроль над капиталом, который выборочно воспрещает приток либо отток муниципальных средств, в то время как гипербиткойнизация происходит из-за прямой конкуренции с биткойном, который может просто пересекать границы, потому что он владеет иммунитетом к контролю над движением капитала. Это приведёт к тому, что гипербиткойнизация произойдёт еще резвее, чем гиперинфляция, потому что государствам будет весьма трудно предупредить торговлю биткойном в границах собственных границ в силу его чисто информационного нрава. Беря во внимание неспособность правительств оградить свою местную валюту от прямой конкуренции с биткойном и высшую альтернативную стоимость поддержания обесценивающейся формы средств, как событие гипербиткойнизации достигнет критичной массы, оно произойдёт немедленно и стремительно.

Во-2-х, в критериях гиперинфляции правительства наращивают валютную массу в попытке обогнать инфляционные ожидания населения. По мере того, как у правительств формируется привычка раздувать валютную массу, у людей возникает привычка предугадать рост цен и находить другие средства сбережения. Правительства, в свою очередь, должны равномерно печатать больше средств, чтоб опережать инфляционные ожидания и генерировать однообразный экономический эффект с каждой новейшей валютной единицей. При отсутствии каких-то других валютных средств, на которые можно было бы перейти, цены устремятся ввысь, и их рост продолжится до того времени, пока не будет достигнута критичная точка. Гиперинфляция очень разрушительна для экономики, так как она или вынуждает людей переключаться с наихудшей формы муниципальных картонных средств, доступных им, на какие-либо остальные мягенькие муниципальные бумажные средства (в наилучшем случае), или завершается полным экономическим коллапсом (в худшем случае). В критериях гипербиткойнизации у юзеров есть надгосударственные валютные средства, дозволяющие избежать последствий централизованно планируемой экономики. Как следует, пришествие гипербикойнизации обязано быть еще наименее гибельным для экономики, потому что люди будут обменивать наиболее низкую форму средств на наиболее совершенную. Так как гипербиткойнизация обязана произойти в недлинные сроки, люди стремительно привыкнут к ведению сделок с биткойном, что дозволит защитить ухудшающееся вещественное положение и стабилизировать экономические условия.

Гипербиткойнизация, по всей видимости, станет обескураживающим, сбивающим с толку, а в неком роде и безумным временем для почти всех людей. Сначала это событие, возможно, проявится на периферии, при всем этом страны, которые раздувают национальные валюты резвее остальных, первыми испытают на для себя последствия гипербиткойнизации. В цифровую эру анонсы о происходящем будут стремительно распространяться, добавляя убежденности в копилку биткойна, в то время, как он будет продолжать извлекать выгоду из вызванного сиим увеличения спроса, сетевых эффектов и эффекта Линди. По мере того, как всё больше людей понимают действительность твёрдых средств, мы ожидаем, что темпы этого глобального перехода будут ускоряться до того времени, пока все мягенькие средства не будут вытеснены из конкуренции. К счастью, это произойдёт относительно стремительно, потому что биткойн невосприимчив к контролю над капиталом и в предстоящем будет действовать как стабилизирующая сила для мировой экономики (так как твёрдые средства сопротивляются рыночным искажениям и остаются крепко укоренившимися в экономической действительности).

Подобно звезде, вращающейся вокруг темной дыры, хоть какой установленный валютный порядок, выходящий за горизонт событий гипербиткойнизации, безизбежно упадет в сингулярность биткойна.

Дальше мы покажем, как может разворачиваться само событие гипербиткойнизации:

Как экосистема Биткойна засеяна, начинается процесс кристаллизации. Рост становится экспоненциальным и самоусиливающимся. В данной модели переломный момент (зеленоватый кружок) представляет собой резкое изменение, когда почти все люди и организации принимают биткойн.

Прогнозы относительно того, как ценным станет биткойн опосля глобальной гипербигкойнизации, варьируются зависимо от того, какой удельный вес учитывается для разных средств сбережения (золото, муниципальные средства, недвижимость, акции, облигации, предметы искусства, нефть и остальные продукты все употребляются для данной цели сейчас), но, применив ординарную арифметику для нашего направленного анализа, получим последующее – если биткойн демонетизирует (выпихнет из воззвания) лишь золото, то он будет оцениваться приблизительно в $400K за монету ($8 трлн. в золоте / 20 млн. монет в 2025 году). Если демонетизации с его стороны подвергнутся также и муниципальные средства, он будет оцениваться приблизительно в 5 млн. баксов за монету ($100 трлн. фиатных средств / 20 млн. монет в 2025 году). По мере распространения инфы о биткойне и его возможном воздействии долгая игра становится ещё увлекательнее. Беря во внимание, что биткойн представляет собой настоящую опасность самому существованию муниципальных картонных средств и центральных банков, мы также должны разглядеть их решения исходя из убеждений теории игр.

«Банковская паника» напротив [1,4,5]

Хотя сейчас большая часть людей как и раньше считают биткойн магическими интернет-деньгами, его предстоящее существование и увеличение цены привлекут больше внимания со стороны состоявшихся людей, институциональных инвесторов, а потом, может быть, и центральных банков. Как мы узнали, центральные банки как и раньше полагаются на золото как на средство окончательного расчёта, так как оно было (до биткойна) единственным валютным средством, стопроцентно вольным от риска контрагента (наличные средства). Но транспортировка и обеспечение сохранности золота – очень дорогостоящий процесс, сопряжённый с операционными рисками. Эти издержки и опасности являются предпосылкой того, что окончательные расчёты меж банками происходят весьма изредка.

Беря во внимание пропускную способность транзакций, доступную сейчас в сети Биткойна, транснациональная группа из 850 центральных банков может производить каждодневные окончательные расчёты вместе. Если любой центральный банк обслуживает в среднем 10 миллионов клиентов, то этого наиболее довольно для того, чтоб охватить всё мировое население. В мире, где центральные банки приняли эталон Биткойна, правительства больше не будут иметь способности наращивать валютную массу, а банки начнут свободно соперничать вместе, предлагая разные физические и цифровые валютные инструменты и платёжные решения, поддерживаемые биткойнами. Используя технологии, выставленные Биткойном, криптографическая цифровая достоверность быть может использована к банковскому учёту и содействовать выявлению тех, кто занимается банковским делом с частичным резервированием. Это может привести к тому, что Биткойн сумеет воплотить собственный конечный вариант использования, став самой резвой и действенной системой глобального окончательного расчёта, несмотря на расстояния и муниципальные границы. Невзирая на очевидные достоинства таковой системы, как эта, центральные банки навряд ли сами по для себя откажутся от монопольного контроля над имеющимся валютным порядком.

Когда люди начнут по своей воле переводить фиатные валюты в биткойны, чтоб защитить свои сбережения, как это уже происходит сейчас в таковых странах, как Венесуэла, это, возможно, привлечёт ещё большее внимание со стороны центральных банков. Так как центральные банки практически теряют клиентов, им нужно будет хеджировать опасности, связанные с функционированием их бизнес-модели. Центральные банки сейчас держат резервы в главном в баксах США, евро, английских фунтах стерлингов, особых правах заимствования МВФ и золоте. Обозначенные резервы употребляются для расчётов и поддержания рыночных цен муниципальных валют. В этом случае, если биткойн остается на собственной сегодняшней линии движения, и беря во внимание его приемущество как системы для окончательных расчётов, полностью может быть, что по последней мере один центральный банк где-нибудь в мире добавит биткойн к своим запасным активам, если не по какой-нибудь другой причине, то по-крайней мере для защиты рыночной цены собственной государственной валюты, что согласуется с его стратегией применительно к золоту.

Более возможный сценарий состоит в том, что центральный банк будет стремиться обладать частью сети Биткойна в качестве страхового полиса на вариант его фуррора. Стратегически для центрального банка имеет смысл издержать некую сумму для приобретения части предложения биткойна в наиблежайшее время. К примеру, учтите, что власти центрального банка сейчас считают, что, невзирая на то, что шансы пришествия действия гипербиткойнизации очень малы, если оно всё-таки произойдёт, то это будет представлять собой событие уровня глобального вымирания для их бизнеса. В математическом плане, если взять ориентировочную стоимость биткойна на нынешний денек в $4K* (на 1999 год*) и его ожидаемую стоимость опосля гипербиткойнизации в $5 млн., то выходит, что если центральный банк не уверен наиболее чем на 99,92%, что это событие не произойдёт, то было бы разумным расположить по последней мере 0,08% собственных активов в биткойне в качестве безупречного хеджирования на вариант его фуррора (так как рост цен с $4K до $5M является повышением в 1250 раз, распределение 0,08% активов оставит центральный банк «при собственных», если событие гипербиткойнизации всё-таки произойдет).

Теория игр дает подсказку нам, что 1-ый центральный банк, купивший биткойны, спровоцирует оборотную «банковскую панику», потому что данное решение заставит задуматься другие центральные банки, которые движимые своими алчными интересами будут обязаны последовать его примеру. 1-ая покупка одним из центральных банков приведёт к значительному росту цены биткойна и вызовет эффект «снежной лавины», который принудит остальные банки тоже войти в рынок, основываясь на ожиданиях относительно грядущего спроса, и усугубляя этот эффект с приходом на рынок всё большего числа центральных банков, делая тем биткойн наиболее драгоценным для наиболее поздних участников. По мере того как центральные банки продолжат пробовать предугадывать деяния и стратегии друг дружку, возникнет теоретико-игровой цикл положительной оборотной связи, который сходится на точке Шеллинга твёрдых средств, аналогичной точке валютной конкуренции на вольном рынке, вызывая тем глобальную конкурентнсть меж центральными банками за наибольшей скопление биткойнов. В сложившихся обстоятельствах центральный банк может сыграть уместно, если он первым купит маленькую долю сети Биткойна. Ещё наиболее разумной игрой для центрального банка была бы покупка биткойнов без объявления о этом, что позволило бы начать их скопление по наиболее низким ценам.

По аналогии с переходом на золотой эталон в XIX веке, сетевые эффекты в конечном счёте наберут силу, так как всё больше центральных банков приобретут некое количество биткойнов, увеличив тем его ликвидность и делая его наиболее нужным на рынке, создавая, таковым образом, всё больше стимулов для присоединения остальных центральных банков. Опосля того, как достаточное меньшинство центральных банков купит часть биткойн-сети, правило меньшинства достигнет финишного шага и начнёт навязывать постоянные правила Биткойна установленному валютному порядку. Как факт «банковского набега» на биткойн станет достоянием общественности (что, обычно, просто происходит в эру цифровых технологий), это станет окончательным доказательством легитимности принятия биткойна и добавит доп импульс его восхождению на рынке, так как эта глобальная игра скопления биткойнов достигнет апогея лихорадки. Даже в самых больших масштабах денежной системы, Биткойн конвертирует личный алчный энтузиазм в рост собственной сети.

Для вас быть может проблемно поверить в схожую перспективу развития событий. Но вспомяните, как приблизительно 25 годов назад было буквально также трудно поверить в портативные суперкомпьютеры с сенсорным экраном и беспроводной глобальной связью. Конфигурации происходят повсевременно увеличивающимися темпами. Помните, что любой центральный банк будет оценивать биткойн на базе собственных представлений о том, обретёт ли он ценность в итоге для остальных центральных банков и в которой мере. Так как они все будут проводить один и этот же стратегический анализ, то, непременно, понимают стоящую перед ними проблему, – или игнорировать биткойн и следить со стороны, как он продолжает теснить конкурентнсть и ускорять темпы обвалов фиатных валют, тем ослабляя контроль над установленным экономическим порядком, или принять биткойн в качестве запасного актива и спровоцировать игру по его аккумулированию против остальных центральных банков, легитимизируя его как актив, который приведёт к потере ими монопольного положения на рынке средств. Теория игр гласит нам, что до того времени, пока биткойн продолжает работать в собственной сегодняшней форме, центральные банки (как и заключённые Алекс и Бобби) в итоге столкнутся с необходимостью принятия стратегических решений, схожих этому, для защиты собственных собственных интересов. В которой-то момент существенное преимущество, предоставляемое тому центральному банку, кто первым воспримет такое решение, перевесит все сомнения и станет неодолимым стимулом по последней мере для 1-го из их, заставив перейти к активным действиям, тем запуская «оборотный банковский набег» на биткойн.

Путь к благоденствию [1-16]

Созодать прогнозы – дело очень рискованное, некорректных ответов бессчетное огромное количество, а верный ответ – постоянно единственный. Четкие прогнозы – уникальность. Сплетая воедино исторические познания и осведомлённость о современных тенденциях, можно выработать представление о том, какие технологические инновации вероятны в принципе. Вот несколько самых больших ошибок, совершённых людьми, основывавшихся на неправильных прогнозах:

  • Формирование представления о инноваторском потенциале без его глубочайшего рассмотрения (скоропалительное решение Blockbuster о отказе от покупки Netflix за $50 млн.);
  • Игнорирование нововведений, так как они противоречат обширно распространённому миропониманию (Kodak отрешается признать разрушительный потенциал цифровой фото, так как они издержали 100 лет на создание бизнес-модели, направленной на внедрение хим фотоплёнки);
  • Игнорирование нововведений, поэтому что они очень малы либо грозят положению власти (большие газеты отрешаются развивать присутствие в Вебе на ранешном шаге).

Для действенного предвидения очень принципиально практиковать мышление новенького и рассуждать, исходя из основополагающих принципов. Собрав воедино всё, что было рассмотрено в данной работе, предложим возможный путь развития Биткойна, основанный на исторической конкурентноспособной динамике средств, текущих макроэкономических тенденциях и теории игр. Давайте начнём с момента сотворения Биткойна:

1. На первых порах биткойн воспринимается как интернет-игрушка для криптографов (правило меньшинства – Шаг 1).

2. Быстрое увеличение его цены делает богатой маленькую группу людей, привлекая фанатиков вольного рынка и внимание средств массовой инфы. Весьма рано проявляется гиперволатильный нрав цены биткойна («ходлеры крайней надежды» – Волна 1).

3. Средства массовой инфы, денежные и технические учреждения, не смогшие приобрести биткойн на ранешном шаге и извлечь выгоду из его быстрого роста, критикуют его как «схему Понци», «MySpace криптовалют» и «величайший пузырь всех времён» («эффект Стрейзанд»).

4. Огромное количество жуликов, используя шумиху вокруг Биткойна, делают собственные криптовалюты, претендующие на приемущество, хотя и лишённые критически принципиальных свойств, как к примеру, децентрализации, сохранности и постоянной системы управления. Благодаря неповторимому преимуществу первопроходчика, многогранным сетевым эффектам и узнаваемости бренда, подпитываемому мифом о разработке Накамото, биткойн сохраняет доминирующее положение на рынке.

5. Розничные инвесторы, венчурные капиталисты и хедж-фонды, не владея осознанием валютной экономики и применяя неадекватные модели оценки, инвестируют в остальные криптовалюты, создавая тем больше шума и неурядицы, так как цены на эти альткойны вырастают с наиболее высочайшей скоростью, чем биткойн.

6. Венчурным капиталистам и хедж-фондам, имеющим отличные связи, предоставляются особые вкладывательные льготы лишь для того, чтоб потом сбросить огромную часть того, что они приобрели, личным инвесторам.

7. Беря во внимание их высшую корреляцию с биткойном и отсутствие практической полезности, весь мир следит за тем, как медвежьи рынки равномерно уничтожают всё растущее количество других криптоактивов, так как большая часть из их не в состоянии предоставить какой-нибудь нужный продукт, хотя некие и достигают фуррора на иных рыночных площадках. Многофункциональные способности других криптоактивов, которые отлично зарекомендовали себя на рынке, поглощаются Биткойном (децентрализованный сетевой архетип). Волатильность цены биткойна сохраняется, при всем этом каждогодная малая стоимость продолжает неприклонно расти («ходлеры крайней надежды» – Волна 2).

8. Доверие к биткойну с течением времени растет («эффект Линди»), и его рыночная стоимость продолжает движение по восходящей, но волатильной линии движения (фрактальные волновые паттерны).

9. Люди, обжёгшиеся лихорадкой альткойнов, стают очевидцами бесспорного приемущества биткойна по всем валютным чертам, в особенности по твёрдости («ходлеры крайней надежды» – Волна 3).

10. Как в преддверии, так и во время еще одного бычьего рынка, свойства биткойна – абсолютная дефицитность и антихрупкость – ухудшают настроения FOMO у инвесторов (цикл положительной оборотной связи теории игр). Некие инвесторы безизбежно попадают в следующий обвал цен на биткойны (фрактальные волновые паттерны) («ходлеры крайней надежды» – Волна 4).

11. Гиперинфляция фиатных валют содействует ещё большему принятию биткойна, так как он становится единственным средством сохранения скоплений для почти всех людей, делая тем биткойн законным средством сбережения. Правительства изо всех сил пробуют ужесточить контроль за движением капитала и развернуть пропаганду против биткойна, как они это делали с золотом в ХХ веке. Контроль за движением капитала оказывается неэффективным, а пропагандистские выпады против биткойна только разжигают возникновение статей в вебе и СМИ, которые разглядывают его как инструмент свободы (антихрупкость). Противодействие со стороны страны сначала подчёркивает саму необходимость в биткойне (эффект Стрейзанд).

12. Инвесторы и безбедные люди убеждены в необходимости вложения части активов в биткойн для обеспечения их предстоящего роста, хеджирования от инфляции и роста скорректированной на риск доходности собственных обычных ранцев (правило меньшинства – Шаг 2)

13. Повышение спроса на биткойн безизбежно влечёт за собой понижение спроса на фиатные валюты, что приводит к ещё наиболее высочайшим темпам инфляции (закон Грешема). С большенными затратами и усилиями правительства хаотично выпускают собственные криптовалюты, но не могут отрешиться от контроля над денежно-кредитной политикой, что делает их неконкурентоспособными по отношению к биткойну (рыночный естественный отбор). Правительства решают скрытные пробы штурмовать сеть Биткойна, тем лишь делая её посильнее (антихрупкость). Освещение биткойна в средствах массовой инфы сдвигается в сторону его использования в качестве твёрдых средств («шкура на кону») и его значимости для благоденствия («ходлеры крайней надежды» – Волна 5).

14. Активисты делят идею о том, что мягенькие средства делают соц неравенство («душа на кону») за счёт диспропорционального налогообложения беднейших слоёв населения средством инфляции (эффект Кантильона). Это послание стремительно распространяется в мире повсевременно возрастающих провалов картонных валют, и люди торопятся сбежать от государственных валют под защиту биткойна, приближая тем пришествие действия гипербиткойнизации («ходлеры крайней надежды» – Волна 6). Оборудование для майнинга биткойнов становится коммодитизированным, и почти все граждане присоединяются к майнинговым пулам (архетип децентрализованной сети) («шкура на кону»).

15. Центральные банки, пытаясь приспособиться к новеньким условиям и хеджировать опасности, связанные с непрерывностью деятельности, неприметно начинают копить биткойны в качестве запасного актива в согласовании со собственной стратегией в отношении золота. Прошлый сотрудник центрального банка открывает секретный стратегический документ, касающийся биткойна («душа на кону»), который вдохновляет остальные центральные банки начать брать биткойн, в итоге что его стоимость и предполагаемая легитимность растут ускоренными темпами (петля положительной оборотной связи теории игр) (финишная фрактальная волновая модель) («ходлеры крайней надежды» – Волна 7).

16. Рыночная капитализация биткойна добивается 10-ов триллионов баксов США. Волатильность биткойна понижается, так как и его рыночная капитализация и ликвидность стают выше, чем когда-либо (зрелые твёрдые средства).

17. Ранешние биткойн-инвесторы сейчас посиживают на значимой нереализованной прибыли и готовы расстаться с некими из собственных биткойнов, чтоб произвести оплату свои покупки. Совместно со стабилизацией покупательной возможности, другие издержки сделок с биткойном уменьшаются, а его внедрение в качестве средства обмена возрастает.

18. На данный момент, когда мир наиболее оцифрован, чем когда-либо ранее, люди всё почаще требуют, чтоб им платили в биткойнах, так как он оказался неплохим средством сбережения, беря во внимание его безинфляционную, а позже и дефляционную денежно-кредитную политику (точка Шеллинга) («ходлеры крайней надежды» – Волна 8).

19. С добавлением высокопроизводительных уровней транзакций внедрение биткойна в качестве средства обмена становится обширно распространённым. Биткойн, функционирующий как ядро новейшей волны нововведений, именуемой TrustNet, назвали монументальной инновацией.

20. По мере того, как всё больше потребителей и продавцов привыкают к ведению операций в биткойне, он равномерно начинает употребляться в качестве расчётной единицы.

21. В связи с возникновением высшего, не подверженного инфляции валютного эталона люди всё почаще хранят своё достояние в биткойнах, а не в фиатных валютах (правило меньшинства — Шаг 3)(«ходлеры крайней надежды» — Волна 9).

22. Историки обрисовывают монополизацию средств центральными банками как пережиток прошедшего. Биткойн рассматривается как каталитическая инновация, лежащая в базе разделения средств и страны. Вольный рынок средств в текущее время является определяющей чертой вольного рыночного капитализма (равновесие Нэша).

Этот путь к всеполноценным глобальным деньгам проведёт биткойн через огромное количество шагов:

Поживём – увидим

Всё, что находится за пределами реального времени, закутано туманом неизвестности. Любые пророчества постоянно следует принимать с толикой скепсиса. Будущее неопределённо, и конец постоянно быть может рядом. Всякий, кто утверждает, что может сказать для вас, что произойдёт в дальнейшем, ошибается. Всё, что мы можем созодать, это учить модели прошедшего и употреблять их в качестве навигационной карты по повсевременно развивающейся местности грядущего.

На вольном рынке твёрдые средства постоянно побеждали в конкурентноспособной борьбе мягенькие средства, обрекая крайние на исчезновение. Твёрдые средства были нормой в протяжении всей истории населения земли, кроме крайних 100 лет, когда нас заставляли употреблять мягенькие правительственные бумажные средства. Общества, работающие на системах твёрдых средств, улучшают распределение основного ресурса, людского времени, что наращивает благополучие всех и всякого.

В эру цифровых технологий рынки стают всё наиболее взаимосвязанными. Биткойн — это цифровые наличные средства. Это новейший соц институт, живущий по своим законам. Его главными компонентами являются людские интересы и математическая наука. Биткойн – самая непростая валютная разработка в истории. Будет ли он и далее побеждать соперников в борьбе за право стать глобальными глобальными средствами полностью?

Время покажет…

***

Спасибо тем, кто зажигает огнь познания в этом мире!!

***

Благодарим вас за чтение «Средства, Биткойн и Время»!!!

Все части этого цикла вы сможете отыскать по ссылкам ниже.

Часть 1: Средства — их характеристики, история и эволюционная история

Часть 2: Биткойн — его природа и значение в истории средств*

Часть 3: Время — взор на его ценность и на то, как может сложиться история средств*

*Перевод других частей скоро покажется на БитНовостях. *

Использованные в данном эссе работы и доп материалы для ознакомления:

 

[1] «Короткая история средств, либо Всё, что необходимо знать о Биткойне» от Сейфедина Аммуса (прекрасный труд, на котором базирована большая часть этого очерка)

[2] «Оптимальный оптимист», Мэтт Ридли

[3] «Рискуя своей шкурой. Сокрытая асимметрия ежедневной жизни», Нассим Николас Талеб

[4] «Бычий тренд Биткойна», Виджей Бояпати

[5] «Эра криптовалют. Как Биткойн и блокчейн меняют мировой экономический порядок», Пол Винья и Майкл Кейси

[6] «Sapiens. Короткая история населения земли», Юваль Ной Харари

[7] «Биткойн-это децентрализованный организм», Часть 1и Часть 2от Брэндона Киттема

[8] «Метод PoW эффективен», Дэн Хелд

[9] «5-ый протокол», Навал Равикант

[10] «Соц договор Биткойна», Hasu

[11] «Антихрупкость», Нассим Николас Талеб

[12] «Воззвание к Джейми Даймону», Адам Людвин

[13] «Placeholder. Резюме диссертации», Джоэл Монегро и Крис Берниски

[14] «Диффузия нововведений», Эверетт М. Роджерс

[15] «Почему Америка не способна регулировать Биткойн», Beautyon

[16] «Гипербиткойнизация», Дэниел Кравиш

 

Author: Anonim