Как не стоит решать препядствия экологии в криптовалютной промышленности

По сути, криптовалюты и NFT – это абсолютная трагедия не только лишь в плане экологии, а по еще большему количеству обстоятельств. Создатель так зол, что единственным естественным выходом стала публикация данного материала. Сейчас вы сможете выслать эту статью людям, которые убеждены, что экологические препядствия, связанные с криптовалютой и её производными, к примеру, криптоартом, скоро будут решены. Стоит представить, что почти все не лицезреют тут каких-то заморочек, связанных с экологией, и не совершенно убеждены в том, что такое криптоарт.

[Отступление переводчика. До этого чем представить перевод данного материала на трибунал читателю – считаю нужным сделать принципиальное отступление. Сходу отмечу, что поддерживаю теорию смарт-контрактов, позволяющих обладать чем угодно в этом мире, чем, на самом деле, являются NFT. При всем этом, высочайшее энергопотребление сетей, работающих на блокчейне – серьёзная неувязка, которая просит внимания. Создатель приводит примеры обычных вопросцев и утверждений, связанных с данным вопросцем. При всем этом, он держится очень «ортодоксальной» позиции. К тому же, неувязка энергопотребления годами была предметом спекуляций против технологии блокчейна в целом. Потому статья является типичным «Вопросцем-ответом» для людей, которые желают лучше разобраться в данной для нас сложный ситуации и сделать собственные адекватные выводы]

***

Криптоарт – это часть метаданных, которые, обычно, содержат в себе изображение либо файл или ссылаются на их. Также, они могут содержать дату, связанный договор, текст либо сведения о доле владения, что в целом прикреплено к токену, который имеет финансовую ценность на рынке и хранится в блокчейне.

Определённая часть такового «криптоискусства» именуется NFT. Можно представить для себя NFT как коллекционную карточку либо предмет коллекционирования с персональной стоимостью, на которую влияет общая оценочная стоимость технологии NFT, сети Ethereum и криптовалюты в целом. Это как мягенькие игрушки Beanie Babies.

[Прим. переводчика. Beanie Babies – линейка мягких игрушек, созданная в 1986 году, которые стали популярным предметом коллекционирования во второй половине 1990-х г. Они были названы первой интернет-сенсацией в мире в 1995 г. Их собирали не только как игрушки, но, и как предмет финансовых вложений для последующей перепродажи. Будет справедливым отметить, что тогда не всем удалось успеть продать данные «предметы коллекционирования» по предполагаемой стоимости].

Криптоарт покупается и продаётся за ETH, криптовалюту, которая возникла 6 годов назад, и на 2 марта 2021 г. торговалась по $1476 за единицу.

Несколько живописцев уже написали о неких экологических издержках, связанных с криптоартом. Числа разнятся, но, в среднем, создание схожих произведений искусства обходится в количество электроэнергии, которую потребляет гражданин ЕС либо США за недельку, месяц, год либо даже десятилетие. Схожую статистику о энергопотреблении и действии на окружающую среду возрастающего рынка NFT можно [было доступно] изучить на веб-сайте cryptoart.wtf.

[Прим. переводчика. На данный момент, создатель сайта отключил его, т.к. «ресурс использовался в качестве инструмента для злоупотреблений и преследований»].

Во время беспримерного увеличения температуры и уровня моря, полной утраты неизменного морского льда, повсеместного вымирания видов, бессчетных грозных погодных явлений и остальных признаков масштабного климатического коллапса схожая ветреная расточительность, без преувеличения, является злодеянием против населения земли.

[Отступление от переводчика. По сути, это не много кого тревожит. Даже меня. Я просто перевожу статью, а вы просто читаете и забываете. Так происходит постоянно. Нет, я, правда, вижу наиболее небезопасные вещи в этом мире нежели неувязка электропотребления NFT. А вы?]

По сути, никто особо не спорит, что снабжение рынка искусства неописуемым количеством сожжённой электроэнергии – нехорошее дело, но, представления расползаются в том, в которой степени, этому впрямую содействует конкретно NFT.

В недавнешней статье от NFT-маркетплейса Superrare, у которого, может быть, есть незначительно алчного энтузиазма, утверждается, что выбросы углекислого газа зависят от цены ETH, а не его объёмов.

Если представить образно, то сеть Ethereum – это будто бы поезд, который курсирует независимо от того, заполнены ли его места (NFT). Лишь вот в статье от Superrare преуменьшается внимание к последующему факту: места в поезде дороже, когда он заполнен, что, в случае с Ethereum, принуждает сеть влиять на выделение большего количества выбросов углекислого газа [в атмосферу].

Не опускаясь до обобщённого представления по типу «Да, есть некие нехорошие моменты», для вас могут выслать данный материал в ответ на один из последующих вопросцев:

  • Мы же можем решить экологические препядствия при помощи такого же криптоарта?
  • Если другие нюансы криптоарта полезны, то стоит останавливаться лишь из-за издержек на электроэнергию?
  • Неуж-то криптоарт вредит окружающей среде больше нежели художественные ярмарки и физические продукты?
  • Можем ли мы применять какую-либо компенсацию и зелёную энергию для поддержки рынка криптовалюты?
  • Разве предоставление отдельным художникам способности продавать свои работы – это плохо?

Ну либо иной похожий вопросец по типу «А что, если…». Необходимо разъяснить почему это некорректная постановка формулировки, но, поначалу нужно ответить на последующие вопросцы.

Почему криптоарт растрачивает настолько не мало энергии?

Издержки на электроэнергию, заложенные в криптоарт ничем не различаются от издержек на чеканку чего-либо другого в блокчейне Ethereum либо ещё чего-то, что покупается и продаётся за валюту, требующую расхода энергии.

Почему так? Это соединено с тем, что главные криптовалюты, сначала, Биткойн и Эфириум (на котором торгуется NFT) употребляют протокол для определения собственной цены именуемый Proof Of Work (подтверждение работы).

На самом деле, Proof of Work – это метод подтвердить, что «доказывающим» (системой, выполняющей задачку) вправду были затрачены вычислительные ресурсы. Мысль была сначало задумана ещё в 1993 г, как метод против мусора либо роботов. Proof of Work обязано было быть неприметным для обыденных юзеров, но, при всем этом, затруднять такие вещи, как ddos-атаки, в виде тыщи одновременных запросов до полного отказа в обслуживании [со стороны сервера]. В целом, это похоже на небольшую головоломку для вашего компа.

Перенесёмся в 2009 г, когда Proof of Work, вместе с иной технологией, именуемой блокчейном, собственного рода общественной бухгалтерской книжкой, использовалась для совершенно другой цели: сотворения цифровой валюты Биткойн. Это, естественно, упрощённое разъяснение, но, в целом, процесс добычи биткойнов смотрится так: майнеры поручают своим спец компам решать эти головоломки, соревнуясь вместе за право проверить очередной блок в блокчейне.

За успешное решение майнер (что для него уникальность) вознаграждается новенькими монетами. Чем больше комп работает (и больше расходует энергии), тем он наиболее конкурентоспособен. Вы сможете мыслить о этом, как о лотерее, где любой киловатт в час – это билет. Весь процесс именуется майнингом.

Это началось довольно безвредно – майнинг в 2009 г. был просто фоновым действием, который можно было запустить на ординарном лэптопе в режиме простоя. Но, с течением времени, сложность майнинга растёт. Это соединено с тем, что, по мере роста сети, скорость добычи новейших монет остаётся размеренной (для Биткойна любые 10 минут добывается один блок).

Чтоб решить делему при росте количества добывающих устройств – вычислительная задачка для компов усложняется. Майнеры приобретают больше компов и облагораживают графические микропроцессоры. Головоломки стают ещё труднее. Майнеры переезжают в места с наиболее дешёвой электроэнергией. Головоломки усложняются. Майнеры модернизируют фермы и располагают их в морские контейнеры с кондиционированием воздуха. Головоломки стают ещё труднее. Монументально труднее. Таковым образом, опосля наиболее чем десятилетия возрастающего рынка криптовалют, мы имеем сеть, которая потребляет больше электроэнергии, чем вся Аргентина, без какой-нибудь регулирующей структуры либо федерального надзора.

Это не новенькая неувязка – о вреде для экологии, который вызван неконтролируемой системой Proof of Work писали практически со времени возникновения криптовалюты.

И это не неувязка в далёкой перспективе – уже на данный момент мы лицезреем разрушительные издержки. Недавнешнее исследование Института Нью-Мехико показало, что в 2018 г. любой бакс себестоимости 1-го биткойна несет ответственность за $0,49 вреда здоровью населения и климату США. И вред несут те, кто не лицезреет никакой отдачи от майнинга криптовалюты в принципе.

[Отступление от переводчика. Не стоит принимать близко к сердечку резоны создателя. Во-1-х – Биткойн задуман как система «без какой-нибудь регулирующей структуры либо федерального надзора», потому вопросец не терпит дискуссий. Во-2-х – может создателю стоит испытать посчитать сколько электроэнергии просит обычная глобальная банковская система с их серверами, банковскими отделениями, хранилищами, печатными дворами и т.д? Предположу, что по потреблению энергии тут не обойдётся одной Аргентиной. И любой написанный картонный бакс может также обойтись в полдоллара вреда нашему здоровью. И это без учёта всех других гибельных причин совершенно с средствами не связанных].

На чём базирована стоимость криптовалюты и почему это неувязка?

Стоимость на криптовалюты резко выросла за крайние двенадцать лет их существования. А именно, существенно выросла стоимость биткойнов. Биткойны, приобретенные на $100 в 2009 г. – сейчас (на момент написания уникальной статьи) стоили бы $488 100 00. Таковой быстрый рост не всепригоден для всех криптовалют (есть тыщи криптовалют, стоимость которых колеблется, как и стоимость хоть какой иной валюты), но, общая тенденция наблюдается. К примеру, Ethereum, на котором работают почти все остальные криптовалюты, с момента пуска вырос на 354 086%.

Есть много обстоятельств, которые могут разъяснить схожий рост цены – это общее принятие, анонимность, что даёт сравнительную безнаказанность, возможность манипулировать курсами для получения резвой прибыли [и прочие уже вполне законные вещи].

Но, есть ещё одна принципиальная причина – факт расхода электроэнергии, т.е. для генерации новейших монет требуется чтоб была потрачена энергия, что, а именно, составляет ценность каждой монеты.

Proof of Work создаёт залог для грядущего благосостояния

Да, частично, курс криптовалют зависит от цены электроэнергии. Это соединено с тем, что рост цены криптовалют должен провоцировать майнеров, ведь если б зависимости не было – возможный доход от реализации биткойнов может свалиться ниже себестоимости их добычи.

Таковым образом, предстоящая финансовая отдача от Биткойна зависит от того, будет ли расти сложность добычи монет. Люди, которые инвестируют в биткойны, равно как и те, кто ведет торговлю фьючерсами – делают ставку на то, что завтра будет наиболее прибыльным быть просто держателем криптовалюты, нежели добывать её.

Не охото веровать, что мы должны жить в критериях нехватки вещественных благ из-за композиции нехороший экономической политики и неописуемого неравенства в благосостоянии, но, всё же мы так живём. Хоть какой, кто лицезрел рост цен на главные продукты питания во время кризиса, может представить для себя как недостаток влияет на рынок.

Но, в цифровом контексте – недостаток является благом, хотя, на самом деле, нет ничего, что добивалось бы усложнения добычи всякого следующего блока. Могло быть даже напротив, ведь компы стают всё наиболее действенными и сильными. Это значит, что, в этом случае, недостаток является искусственным действием, который просит всё больше и больше энергии и ресурсов, которые расходуются для продолжения работы и получения прибыли. Это единственная причина, гарантирующая, что завтра криптовалюты будут ещё дороже, что делает нынешнюю расточительность благом для инвестиций.

[Отступление от переводчика. Вроде бы там ни было, но, то, что создатель считает недочетом, по сути, является главным достоинством Биткойна. Конкретно, рвение к росту (что и заложено в метод средством возрастающей трудности, уменьшения заслуги и ограниченным предложением) делает Биткойн неподверженным инфляции, а даже, напротив, неприклонно [в целом] возрастающим в стоимости. Хотя, стоит признать, что конкретно по данной для нас причине майнинг стал централизованным явлением и уделом избранных. Но, другого, пока, не дано].

Вот что и делает, частично, криптовалюту настолько ценной. В этом нет ничего сверхтехнологичного. Нет никакого чуда. Это просто беспроигрышная спекуляция фьючерсами – не надо никаких прогнозов, поэтому мы буквально знаем, что завтра это будет стоить дороже. Поэтому что это встроено в технологию.

Всё что делают криптовалюты – это затрачивают энергоресурсы, делая их труднодоступными для других будущих расходов.

[Отступление от переводчика. Никто не производит электроэнергию впрок. Её делается ровно столько, сколько требуется].

Есть ли кандидатура для Proof of Work?

Proof of Work – не единственный имеющийся метод. Самая популярная кандидатура – это Proof of Stake (PoS), которая не предполагает споров относительно вреда экологии.

Ведь, в то время как монеты с Proof of Work требуют решения всё наиболее энергоёмких головоломок для роли в лотерее за право получить еще одну порцию монет – монеты с Proof of Stake употребляют иной подход: право на роль в лотерее распределяется в согласовании с «удерживаемой ставкой» в системе, т.е. монетами, которыми располагает отдельный кошелёк.

На бумаге кажется, что экологическая неувязка решена. Тем не наименее, валюты с PoS работают по той же концептуальной модели, что и валюты PoW. Ведь, не глядя на существование ряда валют PoS, которые вправду работают – часто обычный вариант использования PoS всё больше стремится к переходу на PoW.

Ethereum идёт к переходу на Proof of Stake практически столько же, сколько существует. Прошло настолько не мало времени с момента заявления о том, что «Скоро покажется Eth 2.0 PoS», что это сделалось кое-чем вроде пользующейся популярностью шуточки. Любой раз, когда экологии приходится платить больше за Proof of Work, то Proof of Stake преподносится как искупление за горами – мы, типо, просто должны подождать ещё несколько месяцев и вся сеть станет «экологически безобидной».

Меж тем, годичное потребление энергии сетями Ethereum колеблется на уровне 24,43 ЕВт/ч, что, приблизительно, эквивалентно потреблению электроэнергии Эквадором. Даже если Ethereum когда-нибудь и переключится на PoS – у нас нет времени ожидать.

К тому же, Proof of Stake постоянно был увлекательной приманкой и кандидатурой, но, у него есть остальные тривиальные препядствия, равно как и у остальных алгоритмов. И не один из их не решает ни одной из узнаваемых заморочек.

В монетах Proof of Stake употребляются разные механизмы для распределения шансов на получение заслуги – «лотерейный билет». Обычно, одна монета на вашем кошельке – это один «лотерейный билет».

Но, есть и такие варианты:

  • Доказательство объёма хранения данных даёт для вас «лотерейный билет» за любой доступный сектор жёсткого диска;
  • Свидетельство о передаче устройства в использование даёт «лотерейный билет» за любой смарт-девайс и прочую бытовую электронику, связанные с вебом вещей, которыми вы владеете.
  • Доказательство пожертвования даёт для вас «лотерейный билет» за каждое отчисление благотворительной организации.

Можно быть уверенным, что вы уже видите тут делему: не существует схемы, которая бы не вознаграждала тех, кто уже богат, имеет лишний капитал либо доступ к большим вычислительным мощностям. Практически постоянно властью награждается тот, кто и так силён.

И это тоже неувязка атмосферного климата, что, в не последнюю очередь, зависит от социальной справедливости. Правда в том, что наихудшие последствия климатического коллапса ощущаются конкретно теми, у кого нет способности их избежать, а те, у кого есть вещественные ресурсы, просто удирают туда, где им не надо это созидать.

Тут справедливость обязана означать наделение лидерством и властью тех, кто испытывает на для себя самые тяжёлые последствия климатической катастрофы, в том числе юных, тех, кто живёт на юге, тех, кто живёт в сельской местности в прибрежных районах либо сельскохозяйственных регионах, тех, кто живёт в бедности либо маргинализированных общинах, и, в особенности, в общинах коренных народов, которые имеют настоящий опыт управления сложными местными экосистемами в протяжении нескольких поколений, не создавая, при всем этом, спиралевидного опустошения, истощающего ресурсы.

Но, создание «устойчивых» моделей для монетизации и нерегулируемого роста капитала – это совершенно другая история. Криптовалюта никогда не будет экологически неопасной. Частично, правда, в том, что криптовалюты представляют собой денежные пирамиды. На рынке криптовалют вы получаете средства на людях, которые вышли на рынок опосля вас.

[Отступление переводчика. Традиционный трейдинг классическими активами не много чем различается от торговли криптовалютами. К тому же, на бирже вы торгуете не только лишь против рядовых трейдеров, но, и больших игроков. Недозволено найти, чьи средства для вас достались. Обычно, «с миру по нити». Относительно денежных пирамид – без объяснений].

Да, в отличие от схемы Понци, тут нет гарантии, что всё это безизбежно упадет, но, повсевременно возрастающая ценность зависит от того, сколько юзеров присоединится к сети, будет применять монеты и соперничать в майнинге.

Так как монеты PoW требуют от инвесторов брать на фоне повсевременно возрастающей вычислительной мощности – мы оказались в ужасающем быстро растущем потоке энергопотребления и экологическом опустошении.

При всем этом, данная система, владеющая большими распределёнными вычислительными ресурсами, продолжает вознаграждать собственных первых последователей и тех, кто уже располагает богатством, за счёт людей, убеждённых в том, что если они присоединятся сейчас, то завтра, может быть, также разбогатеют.

[Отступление переводчика. Видимо, тут не вышло без личного горьковатого опыта создателя]

В свою очередь, криптовалюты без PoW наименее небезопасны для экологии, но, представляют собой страшную схему, которая может привести к денежному недостатку.

***

Отлично, сейчас вернёмся к криптоарту.

1-ая часть материала была посвящена криптовалюте, а не криптоарту по двум причинам:

  • Для понимания заморочек, связанных с криптоартом – принципиально осознавать, как работает криптовалютный рынок
  • По функциональности NFT различается от криптовалют лишь в плане взаимозаменяемости

Биткойн – это взаимозаменяемый токен. Его можно поменять на иной биткойн, и у вас как и раньше будет один биткойн. От него можно отнять половину, и вас будет половина биткойна.

Криптоарт – это не-взаимозаменяемый токен либо NFT. Его недозволено поменять на иной NFT без выхода на рынок. Это не то же самое, что иной NFT, даже если тот имеет равнозначную стоимость. Его недозволено разрезать напополам. У всякого NFT есть собственный договор и метаданные, также последующие вещи, интегрированные в блокчейн: связанные изображения, создатель, дата, обладатель и т.д. В общем, всё, что является «художественной» частью криптоарта.

Вы сможете токенизировать всё, что угодно в NFT, т.е. метаданные невзаимозаменяемого токена содержат в себе информацию, которая показывает на наружные активы: альбом, шкура персонажа игры, изображение, URL-адрес, целый дом либо договор. Также, можно создавать NFT без наружных активов.

Эрмитаж проведет выставку NFT-Art

Чтоб сделать NFT – его необходимо «отчеканить» путём регистрации в блокчейне. Создание NFT, непременно, просит энергии, правда, это абстрактно. В расход заходит совокупа огромного количества транзакций, которые требуют энергии в процессе вычислительного процесса для их включения в блок. Эта абстрактность и дозволяет рынку NFT опровергать своё причастие к нанесению вреда экологии.

Если возвратиться к аналогии с поездом – то поезд Ethereum отчаливает любые 5 минут (чеканит новейший блок) независимо от того, сколько мест занято. Но, не упоминается, что поезд небольшой, потому места дорогие. Базисная сеть Ethereum поддерживает всего 14 транзакций за секунду, и, как следует, отчеканенные активы вступают в борьбу за эти места [кто даст больше «газу» – процент отчисления в пользу сети/майнеров]. Таковая конкурентность вдохновляет сразу почти всех майнеров пробовать вычислить блок с определённой транзакцией, что, соответственно, приводит к большенному расходу энергии в целом и влияет на вредные выбросы в атмосферу.

Да, в любом случае, живописцы «платят за газ» и возместят стоимость энергии. Эти сборы разнятся зависимо от загрузки сети в границах 40-1000$. Это авансовая издержка для художника, который не имеет гаранта возврата средств средством реализации. Почти все NFT отчеканены, но, не проданы, хотя, живописец заплатил за преимущество.

Как NFT попадает в блокчейн – он становится собственностью человека, в чьём кошельке находится. Право принадлежности в цифровом пространстве – непростая теория, но, это, как и неважно какая форма владения, сводится к соц договору. NFT – это, на самом деле, сертификат, в каком говорится: «Я являюсь обладателем этого токена и прикреплённых к нему метаданных, потому могу поступать с ним по собственному усмотрению, в том числе, перепродать на торговой площадке».

Необходимо отметить, что в технологии NFT нет ничего, что гарантирует соблюдение прав автора (художникам время от времени приходится следить, как их работы чеканятся и продаются без их согласия, причём с прикреплёнными именами).  «Умный» договор NFT контролирует поведение активов конкретно в блокчейне, но, какие-либо юридические обязательства отсутствуют, так как никто не может обратиться в трибунал.

Практически, создание NFT не препятствует дублированию либо распространению связанного файла, изображения, альбома либо гифки, но, наличие смарт-контракта в блокчейне делает копию «не-оригинальной», поэтому что её принадлежность обладателю не прописана в реестре.

Сама мысль вызывает смешанные чувства – почти все живописцы в экстазе от схожей монетизации изображений, а почти все пожимают плечами, и молвят, что это фиктивное право принадлежности и ничего не меняет в том, как файлы работают в вебе (поглядим, как это ещё отважится в юридическом пространстве). В общем, огромное количество людей беспокоит попытка сделать искусственный недостаток цифровых объектов. Создатель относится конкретно к ним.

Он работал в цифровом пространстве, создавая произведения искусства ещё за длительное время до того, как возникла криптовалюта, и считает, что отсутствие недостатка – единственное, что у нас есть.

Цифровые файлы не так важны. Они хранят монументально меньше инфы, чем скажем картонный лист, на который нанесли произведение искусства. Это совокупа истории, начертанной от руки, к примеру, при помощи пера, чернил и бумаги. В общем, это уплотненная сплетенная материальность, которую можно разворачивать вечно. Цифровой файл по сопоставлению с сиим смотрится нищим. Образно говоря, он немедленно разобьётся на нули и единицы, до этого чем вы попытаетесь найти атомный состав его материалов, что дозволяет сделать физический набросок.

Цифровым файлам требуется питание для доступа и обслуживания. И они неописуемо нестабильны со временем, так как новейшие операционные системы, плагины, эталоны делают вещи труднодоступными для просмотра – нередко в течение десятилетия. Они также уязвимы в плане хранения битов в виду физической деградации носителей – к примеру, размеренный срок оптического диска составляет наименее 20 лет.

Цифровые живописцы имеют возможность дублировать цифровые файлы. Нет необычного файла. Когда вы делаете копию текстового документа, 3D-модели либо игры и отдаёте её кому-либо – выходит два оригинала. Вы оба получаете первичный опыт, работая с оригиналом, а не вторичным прототипом.

Да, это единственное, что делает цифровой файл настолько симпатичным. Живописцы могут распространять разные медиафайлы по сети, и они будут принадлежать огромному количеству людей сразу, при всем этом, не теряя в стоимости и не теряя оригинальности. Может быть, это основное настоящее преимущество в цифровом пространстве.

Потому создатель с опаской следит за охотной попыткой воспроизвести худшую часть физического рынка объектов искусства, где оригинал полезен до этого всего как неповторимая вещь, которая является драгоценным активом лишь в силу редкости.

И всё же создатель подразумевает, что читатель держится публичного представления. Любой раз, когда воздействие криптовалюты на экологию растет – безизбежно кто-то приходит со словами: «Как же насчёт каров? Насчёт доставки [предметов искусства] и перелётов на художественные ярмарки? Разве от этих вещей меньше вреда?».

Невзирая на достаточно значимый аргумент по типу: «Вы критикуете капитализм, но, продолжаете жить в обществе» – создатель остаётся на собственной позиции и соглашается, что остальные вещи также наносят серьёзный вред экологии.

К тому же, в данном вопросце скрыты определённые ошибки.

Да, в этом мире есть вещи и похуже предметов обсуждения. Да, создатель способен сразу непереносить криптовалюту, капитализм и арт-ярмарки. Он предан долгой работе и пробует отделить общество от капитализма и мир искусства от спекулятивного арт-рынка. К тому же, у нас есть весьма редчайший шанс посмотреть на вредную технологию до того, как она глубоко укоренится в соц системах и просто сказать: «Нет». Мы всё ещё можем применять либо не применять NFT.

И ещё – нет никакой гарантии, что рынок NFT поменяет ярмарки искусства (и буквально не поменяет такие вещи, как авто).

При любом раскладе, адекватный рынок NFT поддерживает идею художественных ярмарок либо галерей «голубых фишек», которые постоянно были соединены с инвестициями, спекуляциями и перепродажей, даже если о приобретенных либо проданных работах гласили не только лишь из-за этого, но, и из-за их эстетического, концептуального либо чувственного нрава.

[Прим. переводчика. «Голубыми фишками» называются акции компаний, которые традиционно хорошо торгуются на рынке и приносят большую прибыль – это крупные корпорации с долгой историей. «Голубыми фишками» на рынке искусства называют картины старых мастеров, импрессионистов и современное искусство начала двадцатого столетия].

Не каждое произведение искусства, приобретенное в галерее голубых фишек либо на художественной ярмарке, создано для получения прибыли с аукциона (почти все картины просто продолжают жить на стенке), но, вроде бы там ни было, хоть какое произведение искусства способно работать на аукционе.

При покупке эти произведения искусства имеют регистрацию реализации и заявление о подлинности. Их нередко именуют «прибыльной сделкой» – этот живописец выставлялся в такой-то галерее, его работа недооценена и представляет собой лучшую вкладывательную возможность. Отныне, клиент, а не живописец зависит от того, как это произведение искусства будет работать в дальнейшем: как арт-работа, как фьючерсная инвестиция, которая хранится на складе, как налоговое убежище либо кое-где в центре всего этого.

NFT картины, сделанной роботом Софией, продали за $688 888

Некие молвят, что неожиданный энтузиазм рынка современного искусства к NFT отчасти разъясняется карантином, когда арт-рынки обязаны направить внимание на остальные модели работы, кроме обычных вин и обедов в Базеле, чтоб привлечь покупателей, но, можно быть уверенным, что рынок арт-искусства просто замечательно ощущает запах средств.

Если попробовать сделать прогноз – стоит представить, что рынок NFT не поменяет полностью ничего и не приведёт к закрытию расточительных ярмарок искусства. Заместо этого он будет включён в существующую систему художественных галерей и ярмарок искусства, поэтому что криптоарт совершенно подступает для того, как уже работает арт-рынок.

Как и в отрасли голубых фишек, некие NFT можно брать и продавать просто как произведения искусства, созданные для личных коллекций и приобретаемые по эстетическим, концептуальным либо личным причинам. Но, любой NFT, с самого начала, создаётся для предстоящей реализации. Сначала – это актив, а уже позже – произведение искусства. Это изображения «прикреплённые к деньгам», а не напротив.

Зелёная энергия в качестве доп решения

По статистике, около 39% майнинга производится на возобновляемых источниках энергии, и данный процент может расти при условии наличия внимания, инвестиций и прошествия времени. В отчёте за 2019 г. некоторый криптовалютный инвестор указывал, что непосредственно для Биткойна этот процент составлял 74%. Делает ли это рынок криптовалют этически жизнестойким?

Во 2-м квартале 2021 года размер «зеленоватой» энергии, применяемой для добычи биткойна, превысил 56%

Зелёная энергия неописуемо принципиальна для грядущего общества, но, это не бесплатная энергия. Стоимость производства солнечных батарей, ветряных турбин, плотин гидроэлектростанций и т.д. является безвозвратными экологическими затратами в горнодобывающей индустрии, производстве и строительстве. Обычно это наименее накладный, но, не наилучший вариант. Идеальнее всего просто очень понизить электропотребление.

[Отступление переводчика. Предлагаю создателю прямо на данный момент отключить все электробытовые приборы в доме и выкинуть из него всё, что так либо по другому влияет на окружающую среду. В том числе самого себя. И это не шуточка. Люди очень накладны для экологии. Технократия – раковая опухоль данной для нас планетки. И это не сарказм, а стршная действительность].

Не считая того, добыча зелёной энергии для майнинга не работает как отдельная энергосистема. Внедрение экологически незапятнанных источников энергии как и раньше предполагает забор электроэнергии из системы, которая также употребляется для электроснабжения домов, что наращивает расход и, тем, провоцирует создание новейших проектов по добыче энергии, в том числе, с внедрением угля, нефти и газа.

(Сам создатель живёт на побережье Мексиканского залива в Техасе и пишет эту статью в момент, когда подача электроэнергии оборвалась на недельку, как следствие неверного управления сетью, недостатка и алчности).

Биткoйн-фepмa Blockstream и Square будeт иcпoльзoвaть coлнeчную энepгию

Компенсация образом жизни

Весьма распространённое оправдание: «Я использую доход от NFT чтоб восполнить остальные расточительные нюансы моего вида жизни». Добавочно, почти все живописцы нередко употребляют данный подход: «Мне не надо летать, чтоб продавать работы, так что всё выравнивается» либо «Я не вожу машинку и не заказываю дорогостоящие художественные материалы» либо «Доставка художественных работ также не является экологически незапятанной».

Тут есть неувязка с цифрами – по сути, таковым вот образом, трудно понизить потребление энергии так, чтоб восполнить издержки на чеканку NFT. Они так значительны, что потребуются годы кропотливого планирования, чтоб довольно сберечь и оправдать все выбросы углекислого газа, нужные для чеканки NFT.

По этому причине, некие живописцы избрали другой способ компенсации, пообещав реинвестировать некую часть от собственных продаж в восстановление лесов, сохранение одичавшей природы, инфраструктуру зелёной энергетики либо всякую из тыщ остальных схем сохранения чистоты экологии, которые разрешают для вас приобрести духовное спокойствие.

Компенсация вредных выбросов – неверная мысль. В отличие от прямого конфигурации вашего вида жизни, что находится под вашим контролем, компенсация вреда экологии рассчитывается как гипотетичная выгода в гипотетичном будущем, до которого мы можем и не дожить. Высадка дерева не гарантирует, что оно выживет, будет расти и породит целый лес. Защита окружающей среды как ветвь фактически никем не регулируется: часто дерево даже не сажают. Этому есть документальные доказательства.

Система защиты окружающей среды не делает собственных обещаний. И даже если обещания выполнены – вы не сможете применять стиль жизни либо кредиты [обещания] в качестве компенсации, когда вы способствуете росту системы, которая наносит урон экологии. Даже если вы лично делаете что-то полезное, но, участвуете в данной системе, означает вы отдаёте свою силу миропониманию, которое умножается в совокупы с вашим выполненным трудом и затраченными физическими ресурсами.

Так вы поддерживаете криптовалютную экосистему как снутри, так и за пределами вашего прямого контроля. Вы будто бы приглашаете остальных в это место и наращиваете его силу.

Как живописец и человек вы сможете сказать, что верите в ценность затраченной электроэнергии. Но, в ответ для вас произнесут, что оно того стоит.

Внедрение наиболее действенного NFT

Было много дискуссий о «поиске наиболее действенного NFT». За это даже заслуга предусмотрена.

Есть разные методы уменьшить расходы электроэнергии, включая наиболее оптимизированный размер блоков, отказ от концепции газа за ценность, улучшенное масштабирование и переход на блокчейн, хороший от Ethereum.

Стоит представить, что пройдёт весьма много времени, до этого чем покажется «наиболее этичный» рынок NFT, который предпримет нужные шаги, чтоб обеспечить наиболее щадящую обдуманную модель чеканки и реализации NFT.

Foundation.app с гордостью перешёл на xDai в октябре, но, с того времени неприметно перешёл назад на Ethereum.

Схожее рвение к наиболее экологичному NFT, что резко уменьшает расход электроэнергии, {само по себе} является не худшей мыслью. Неувязка в том, что мы уже знаем, что необходимо созодать. Мы знаем, как уменьшить утраты энергии, пересмотреть размер блоков, как применять сайдчейн либо перейти к другому консенсусу. Разработка есть, но, рынок не следует ей.

Это соединено с тем, что криптовалюта и криптоарт вредоносны для окружающей среды не случаем – они не попросту приверчены к данной для нас грубой машине и не могут быть просто сняты с неё (Proof-of-Work практически гарантирует это). И даже если нам получится понизить эти издержки до применимого уровня – криптовалюты и криптоарт продолжать иметь фундаментальную ценность лишь при условии высочайшего употребления энергии.

Цель данной системы – это то, что она делает. Криптовалюты превращают безвозвратные издержки во фьючерсы.

Если мы строим такую систему цены – мы обречены. Мы, ведь, этого не желаем, правильно?

Текущие экологические издержки на криптовалюту и криптоарт весьма настоящи и значительны, и, хотя, можно сделать шаги, чтоб ограничить часть данных издержек – криптовалютный рынок как и раньше будет основан на системе цены, которая фундаментально связана с затраченными физическими ресурсами.

Эту связь нереально порвать, независимо от того, как мала стоимость производства токенов либо какой в этом задействован процент зелёной энергии.

Это система цены, которая работает лишь исходя из убеждений того, что было затрачено для сотворения вкладывательных способностей, и тот объём энергии, который будет нужно спалить завтра – неприемлем для грядущего, которое мы хочет выстроить, где ценность и утраты не будут взаимосвязаны.

[Отступление переводчика. «Чтоб что-то реализовать – это что-то необходимо приобрести». Ценность и расход постоянно были неделимыми понятиями. Это вроде вроде бы базовая база вселенского баланса…]

Не считая того, кроме вреда для экологии, другие свойства криптоарта также вызывают серьёзное беспокойство:

  • Криптоарт трансформирует цифровые произведения искусства в валютные единицы (токены), потому сам контент и теория вторичны по отношению к активу, имеющему рыночную стоимость.
  • Криптоарт создаёт искусственный недостаток цифровых объектов, создавая «оригинал», которым можно обладать с целью перепродажи.
  • Криптоарт воссоздаёт некие из худших качеств имеющегося арт-рынка, противопоставляя славу тех, кому подфартило либо у кого уже были средства и связи против бессчетного огромного количества остальных, которые не увидят схожей отдачи.
  • Криптоарт не подразумевает защиты умственной принадлежности. Нет какой-нибудь нормативной структуры, которая препятствовала бы размещению и продаже защищённых авторским правом материалов в качестве NFT без согласия создателя либо правообладателя. Опосля сотворения NFT его уже недозволено удалить из блокчейна либо с вторичного рынка.
  • Смарт-контракты не предугадывают правовой защиты, и любые дискуссии о договорах, включённых в NFT и «требующих роли художника для перепродажи либо компенсации работникам галереи» – на сто процентов зависят от хорошей воли покупателя.
  • Криптоарт дозволяет нескольким художникам-первопроходцам разбогатеть средством системы, сделанной для поощрения инвесторов, а не живописцев.

[Отступление переводчика. Если честно, перечисленные недочеты наиболее походят на достоинства]

Система цены, которую создаёт функционирующий рынок NFT, достойна осуждения. Стоит допускать его развитие?

Может быть, единственный вариант – отрешиться от него. И не надо приводить аргументы по типу: «У меня солнечная батарея», «Мы сажаем дерево за каждую монету», «Мы перебегаем на Proof-of-Stake», «У нас есть заслуга за наиболее экологичный NFT», «Мой договор является наиболее наилучшей кандидатурой» и т.д.

Это либерализм в чистом виде – реформистское отношение, которое задумывается, что мы сможем решить самые худшие препядствия (удалить нехорошие яблоки) и сделать наиболее совершенные регулирующие структуры опосля что система сумеет просто работать, а не перевоплотится в систему, основанную на фундаментально неправильных, жадных и гипер-капиталистических моделях, которые приносят лишь вред.

[Отступление переводчика. Понимаете, в чём основная красота либерализма? В том, что любой имеет право на выбор и может расслабленно высказать своё мировоззрение. К примеру, обиженный живописец может востребовать от финансистов отрешиться от баснословных прибылей, как некогда обросший хиппи добивался от военных добровольно сложить орудие. В этом «гиперкапиталистическом» мире может быть всё].

Единственный жизнестойкий вариант – полное моральное неприятие. Наименее кардинальное: продажа, коллекционирование, размещение ссылок на живописцев, продающих NFT, да даже попытка отыскать наименее экологически разрушительную модель – только поддерживает худшую часть данной системы. Стоит избегать «сероватой моральной зоны» по типу: «Если мой возлюбленный живописец в этом участвует, то может это не так плохо?» либо «Я понимаю, что этот человек хлопочет о окружающей среде и он всё равно работает с NFT – быть может он понимает что-то, что не понимаю я?».

Создатель на своем опыте прочуял пробы жить в мире, который систематически недооценивает и подрывает искусство и осознает, как убедительным может видение побега. Вправду, охото дожить до того момента, чтоб узреть мир, который награждает живописцев за работу, которую они желают сделать, и не попросит их при всем этом поставить под опасность здоровье, стабильность и творческую целостность. Это не попросту политическая вера – это желание, которое принесёт нам прямую пользу и всем, кого мы любим. Это будущее, в которое нужно веровать, чтоб продолжать жить.

Тем не наименее, мы должны достигнуть этого за счёт коллективных усилий и мощных соц программ, включающие в себя такие вещи, как всеобщий базисный доход, всеобщее здравоохранение, отказ от военных действий, регулируемый рынок недвижимости, который не извлекает прибыль из нехватки жилища и вредной платы, рабочие профсоюзы, продовольственные программки, защиту окружающей среды и работающий налог на прибыль для богатых.

[Отступление переводчика. К огорчению, социалистическая мечта издавна мертва. И что основное, как не один раз показала история – она мертворожденная].

Индивидуалистическая фантазия о денежной пирамиде, сделанная для того, чтоб вознаграждать инвесторов, а не живописцев, при всем этом, грабящая наше общее будущее – это не то, что нам необходимо.

Из-за подобного утопического видения – почти все назовут создателя доверчивым мечтателем, который не хочет идти на компромиссы с миром, в каком мы на данный момент живём. На это он им ответит, что мы сделали экстра-суверенную валютную систему, которая за 10 лет принесла триллионы баксов прибыли, а её энергопотребление равно энергопотреблению маленькой страны.

Может быть, эта сложная глава истории кого-либо уверит в том, что средства – фальшивка, что мы можем созодать с ними всё, что захотим, и потому криптовалюты нам тоже не необходимы.

Создатель уникальной статьи сходу отрешается отвечать на какие-либо вопросцы, поэтому что ему никогда не было так скучновато и депрессивно, как при написании 5000 слов на эту тему.

[Отступление переводчика. Обязан согласится, что мне тоже было довольно скучновато и депрессивно в процессе перевода этого материала. Желаю всем здравого смысла].

 

Author: Anonim