Варвара на Чукотке

Чукчи давно славятся твердостью характера, климат Чукотки – жестокостью, периферийные власти – скупостью (иди клянчи ружье или лишние консервы! – Кому нужна периферия?). Но Варвара Кузнецова смогла выдержать блокаду и бомбардировки Ленинграда; напугать ее было трудно с трудом. Казалось, что они там выживут, я там точно выживу.

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Тридцать шесть лет — день славы. Вы уже знаете свою физическую силу, у вас уже достаточно опыта и ума, а опыт еще не признак вашей угасающей, старости. До Чукотки Кузнецова работала в музеях, проводила выставки, писала статьи. Если однажды ей суждено было открыть его в настоящей экспедиции, то лучшего срока, чем тридцать шесть лет, нельзя было и придумать. Так что Кузнецова выбрала темой своей диссертации не саамов или ненцев, например, а далеких чукчей – и диссертация прошла обязательную отправку.

Чтобы не потерять и всегда быть на связи, читайте нас на Яндекс.Дзен и не забывайте подписываться на нас Телеграмма, В контакте с и Одноклассники !

Надо было заниматься такой темой – в конце сороковых годов не вся Чукотка была еще поделена на административные единицы, еще пелись сотни народных песен за пределами заводов и окружающих их городов, еще помнили все туземцы. сюжеты в деталях, они по-прежнему вели свою обычную жизнь (которую, как считалось тогда, следовало изучать уже потому, что, скорее всего, ледниковый период человечество пережило почти так же).

Много позже Юрий Рытхеу написал о ней книгу — «Путешествие Анны Одинцовой», однако опираясь не на газеты, а на рассказы странной ленинградки, превратившиеся в местные мифы.

Вообще, по правилам, в экспедиции можно было ходить только при знании языка. Кузнецова каким-то образом избежала испытания, но оптимистично взяла с собой на Чукотку первый раз, чтобы они могли начать общение. Ввиду дружных жителей Подмосковья, не спешивших брать шефство над различными экспедициями, Кузнецова привезла с собой все из Ленинграда. Все это чемоданы и коробки, багаж, большая часть которого была упакована канцелярскими принадлежностями.

ЧИТАТЬ  Не от криков первых петухов: как люди просыпались до изобретения будильников?

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

В институте ему подарили кукул – спальный мешок из меха, и тулуп. Короткая шубка стала подходящей, только обрезав ее по краю, когда Кузнецова смогла приобрести нормальную чукотскую верхнюю одежду. Куртка, в которой она ходила сначала, потом пошла на футляр для фотоаппарата и экспонометра. Но что было полезно, так это защитная маска. В самые отчаянные холода, говорила Варвара Григорьевна, это очень забавляло чукчей.

Да, конечно, экспедиция предполагает кочевание с чукчами. Нет разового выезда из города возле завода. Круглосуточное наблюдение.

Чтобы отблагодарить за помощь, чтобы встретить удачно, Варвара Григорьевна взяла с собой целый ящик разных мелочей, хороших в Ленинграде, но дефицитных на Чукотке. Иголки, наперстки, булавки, зеркальца очень ценны в быту. Медные пуговицы, разноцветные ленточки, кусочки ткани, октябрьские звезды – для украшения одежды местные ремесленники. Браслеты, кольца, жемчуг – самим мастерам.

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Не жги свечу, соберутся духи

Если чукчи очень охотно помогали Варваре Григорьевне в быту (даже с перевозкой совершенно лишних громоздких ящиков), то некоторые их привычки до сих пор раздражают. Например, Кузнецова старалась вести дневники вечером, при свечах. Одна из чукотских женщин приговорила: не жгите огонь, когда все спят, нечисть налетит.

ЧИТАТЬ  Смелый побег: Замужняя женщина вывезла любовника из тюрьмы в переноске для собак

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Когда же хозяйка яранги, в которой жил следователь, вдруг сошла с ума и умерла, к ней подошли чукчи: непременно скажи теперь русским, что она была заколдована, колдуны называются так-то, пусть разбираются как. как можно быстрее! Как передать? телеграф? Однако чукча успел дождаться и даже согласился на письмо. Кузнецова, будучи вдовцом, написала в своем дневнике о колдунах — чукча посчитал, что он пишет письмо, и немного успокоился. Но потом пришли спросить: как это, русские уже знают о колдунах?

Русские для них были полным синонимом слова «начальство». Русские все решат, русские запрещают наказывать, для этого есть русские. Конечно, не русская, как Кузнецова. Кузнецова была непонятно какая, бездельница. Ее постоянно дразнили и неохотно кормили.

Вскоре вдовец женился, в третий раз в жизни, и Кузнецова поспешила впервые в истории подробно описать чукотский свадебный обряд. В качестве угощения он принес замороженную плоть и замороженную кровь, раздавленную молотком. Они были поданы для вас. Перед таким десертом едят, конечно же, свежее отварное мясо.

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Чукчи рассказывали сказки и были своих отцов и дедов. Варвара Григорьевна в ответ попыталась рассказать о Ленинграде, о блокаде, о музее и о том, как она и другие сотрудники спасли музей. При исполнении служебных обязанностей она бросала зажигательные песчаные бомбы. Изумленные чукчи, явно представляют что-то свое, чужое. А еще рассказывали о волшебном вороне, охоте, оленях, волках и простой чукотской любви.

ЧИТАТЬ  Этот человек целый год кормил ворон. Через некоторое время птицы преподнесли ему необычный подарок!

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Все напрасно?

За три года Кузнецова знала чукчей (Луораветлан!), собрала много уникального материала и ждала, сколько из него получится произведений – не то что диссертации. Одно меня беспокоило – это было странно. В любом случае нормальная жизнь должна была укреплять здоровье. Варвара Григорьевна уехала в Ленинград, простившись с товарищами-оленеводами.

Однако дома ему не стало лучше. Неясно, то ли здоровье Кузнецовой подорвали только тяжелые условия, то ли она чем-то заразилась (например, паразитами), но читать, писать и формулировать мысли ей становилось все труднее. Сначала он успешно защитился и даже написал очень объемную статью о праздниках и обрядах чукчей-оленеводов, но вскоре стало ясно, что наукой он заниматься уже не сможет.

Через два года после возвращения Кузнецова ушла на больничный: она пыталась справиться с явно органической травмой головного мозга. Институт удерживал ее должность три года, пока не стало ясно, что она не вернется.

После его увольнения Варвара Григорьевна прожила еще двадцать лет – о ней заботились родственники. Анализ его дневников тоже затянулся на годы, и это уже сделали другие люди, понявшие их полноценную ценность. Его фотографии практически сразу приобрела Кунсткамера Ленинграда — в советское время Петровский музей стал специализироваться на антропологии и этнографии. Эти фотографии можно увидеть на сайте музея.

Материал был впервые опубликован в “дом”

Автор: Лилит Мазикина

Source

от admin